НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Category:

доски не тем, не того года, по неверному адресу.. Тверской Прокуратуре респект

Международное общество «Мемориал» заявило об угрозе снятия со здания Тверского медицинского университета двух мемориальных досок полякам, захороненным в Медном, и другим жертвам УНКВД по Калининской области (сейчас Тверская область). Об этом говорится в имеющемся в распоряжении общества представлении прокуратуры об устранении нарушений на имя ректора университета Леси Чичановской.

По данным общества, прокуратура провела проверку и выяснила, что в решении исполкома Тверского горсовета от 09.09.1991 года об установке доски указан неточный адрес Советская дом 2 вместо дома 4, а доска установлена на доме 4. Кроме того, прокуратура не нашла подтверждений тому, что поляков—узников Осташковского лагеря расстреливали в здании на улице Советская, 4.

«По нашим сведениям, в пятницу, 29 ноября, в администрации Твери прошло заседание городской комиссии по топонимике. На заседании должны были по результатам представления прокуратуры решать вопрос о правомерности нахождения двух мемориальных досок на здании Тверского Медицинского университета, где в сталинское время находилось УНКВД по Калининской области,— говорится в заявлении «Мемориала», поступившем в “Ъ”.— Результаты заседания нам пока не известны».
_________________________________
[история вопроса]Для справки:

Медное и Катынь: лёд лжи начал таять?:
Во-первых, при раскопках, проводившихся в 90-х годах прошлого века, не было обнаружено 6311 останков, которые можно было бы идентифицировать как польские. При исследованиях 1991 года по большим бедренным костям было подсчитано извлечение останков 243 человек, плюс 12 черепов с пулевыми отверстиями. В исследованиях 1996 года российская сторона вообще участия не принимала. Все делали поляки и результаты их работы для широкой российской публики недоступны. В любом случае, количество именных табличек на польской части мемориала совершенно не соответствует количеству эксгумированных останков, что, очевидно, недопустимо в вопросах увековечения памяти погибших.
Во-вторых, встает вопрос идентификации останков – как общей, так и индивидуальной. Почему как-то «оптом» все останки признаны польскими? Потому что в захоронениях обнаруживали остатки красителя польской военной формы синего цвета. Тогда почему установили более шести тысяч именных табличек, тогда как по личным жетонам идентифицированы всего 16 человек? Ответ прост до наивности. Поименно увековечивание якобы там погребенных польских военнопленных осуществлялось по пересыльным спискам из Осташковского спецлагеря в город Калинин. Далее в дело вступила фантазия и политика. Всех посчитали расстрелянными и захороненными под Медным. И это притом, что никаких документов, приговоров, приказов и отчетов о массовых расстрелах так и не было найдено. Но мемориал все равно отгрохали, и польские делегации ежегодно приезжают туда скорбеть, что поляки умеют как никто другой.

В-третьих, российская часть мемориала вообще не детализирована. Просто утверждается, что здесь покоятся останки репрессированных советских граждан. И все…

В-четвертых, исторические данные времен начала Великой Отечественной войны, а именно времен оккупации Калининской области, могут поставить жирный крест на основаниях создания мемориала «Медное». В тех местах шли ожесточенные бои с фашистами, прорывавшимися к Торжку. Гибло много бойцов Красной Армии, которых предположительно хоронили на территории дач НКВД. Плюс в окрестностях располагался военно-полевой госпиталь, где от ран также умирало немало бойцов.

В общем, во весь рост встают вопросы: так кто же на самом деле похоронен под Медным и почему при наличии очевидных противоречий и передергиваний фактов мемориал действует в своем нынешнем виде? Но руководство мемориала долгие годы в принципе отказывалось воспринимать любые вопросы, демонстрируя полную неспособность к диалогу. На попытки поставить под сомнение и без того спорное содержание экспозиции в мемориале либо ничего не отвечали, либо отвечали эмоционально и бессодержательно.

Заведующий научно-исследовательским отделом Всероссийского историко-этнографического музея (Торжок) Валерий Цыков:

«История с медновским захоронением началась, когда я еще не работал в музее. Я по специализации этнограф и археолог, и хотел бы осветить эту часть. Наш университет в 1996–1997 годах проводил в селе Медное и в деревне Ямок этнографическую экспедицию. Задачи были расширены. В частности, впервые собирали информацию о Великой Отечественной войне. В числе стандартных задач этнографической экспедиции – сбор сведений о «местах святых» либо «гиблых», то есть захоронениях. Первое, что показали исследования, захоронения советских солдат в народе гиблыми местами не считаются, воспринимаются населением спокойно, в отличие от захоронений врагов, которые считаются местами негативными. И эта память сохраняется столетиями. «Татарские курганы», «польские могилы» 1609 года – эти места до сих пор пользуются дурной славой. Так вот, в середине 90-х мы не встретили у информантов никаких упоминаний об относительно недавних польских захоронениях, ни о каких расстрелах.

Что касается информации о дачах НКВД, массовых захоронениях, черных машинах и экскаваторах, то она начинает прослеживаться где-то с 1999 года. То есть если этнографическая экспедиция на ранних этапах не обнаруживает ту или иную информацию, которая транслирована на широкие слои населения, но эта информация появляется позже, то речь может идти о вбросе. Также об этом свидетельствует расплывчатое упоминание источников: сам не видел, но тот-то рассказывал со слов еще кого-то, которому рассказывал какой-нибудь дед.

Точно установлено, что в народной памяти зафиксировано такое событие времен войны, как Марьинский прорыв. Когда немецкие войска выдвинули большие силы, чтобы взять Торжок. Ожесточенные бои развернулись в окрестностях деревни Ямок. В них погибло порядка двух тысяч красноармейцев. Местные жители рассказывали, что их привлекали к сбору тел погибших. Местами сбора тел были деревня Ямок и дачи НКВД, которые к тому моменту были снесены, и ориентирами служили фундаменты домов. Кстати, я видел фотоматериалы поисковых работ 1991 года, на которых в местах раскопов видны следы кирпичной кладки.

Кроме того, как профессиональных археолог, участвовавший в Вахтах памяти, могу констатировать, что описываемая картина поисковых работ 1991 года – описание грунтов, информация о сохранности тел и предметов, в том числе газет, противоречит всякой логике. Место раскопок, где теперь стоит мемориал, находится на высоком берегу Тверцы в сосновом бору на сухой песчаной почве. В таких условиях в 99% случаев на телах сохраняются волосы и даже ногти. Но в отчете указано, что работы проводились практически в болоте, останки были в ужасном состоянии, но при этом сохранились документы и газеты. Так не бывает. Очевидные несоответствия наталкивают на мысль, что выводам эксгумации доверять нельзя.

Более того, раскопы по своей структуре и количеству найденных останков больше напоминают дивизионные пункты погребения, а не расстрельные ямы».

В 2006-м году представители «Союза Советских офицеров» установили на территории Медновского мемориала мраморную плиту в память о павших в боях советских воинах 29-й армии. Но вскоре плита загадочно исчезла.

из комментариев:
Они не просто так суетятся.
Поляки рассчитывают урвать компенсации за убитых поляков.
С немцев, понятно, уже ничего не стрясешь, а вот с России, которую принудили каяться за всякое-разное, очень можно стрясти баблосика.
Поляки уже подали в европейские суды иски о компенсации.

Украина, территория городища Валы близ Владимира Волынского. Украинские и польские археологи ведут раскопки захоронений предвоенного времени. Ученые делают вывод: расстрелянные здесь погибли от рук фашистов. Найдены гильзы от немецкого оружия, и тела уложены "методом Еккельна", обергруппенфюррера СС. Но самая важная и сенсационная находка -- останки с жетонами двух польских полицейских Людвика Маловейского и Юзефа Кулиговского, чьи тела здесь просто быть не могли. Таблички с их именами установлены в Медном, где сейчас мемориал и где похоронены, как считается, почти 6 тысяч поляков.

Готовится к печати в Твери книга «Тайна Катынского расстрела. Свидетельства. Разгадки», разоблачающая миф о расстреле органами НКВД пленных польских военных, об этом 25 июля сообщило агентство «ВЕСТИ. Тверская область».

В сообщении говорится, что идет активный сбор средств на издание книги «Тайна Катынского расстрела. Свидетельства. Разгадки». Меньше чем за два месяца удалось собрать более ста тысяч рублей. Деньги поступают из разных стран — России, Болгарии, Польши, США и других.

Два захоронения — в Катынском лесу (Смоленская область) и в селе Медное (Тверская область) являются двумя составными частями одной большой фальсификации. Авторы этой исторической фальсификации пытаются доказать, что в этих двух точках органами НКВД были невинно расстреляны несколько тысяч пленных польских солдат и офицеров.
полностью здесь

ну и неудобная правда о Катыни
Европейский суд по правам человека признал: Россия не виновата в массовом расстреле поляков в 1940 г

PS
да.. интересно, а по чьему заявлению проводила проверку Тверская Прокуратура?

Tags: 40-е годы, Великая Отечественная война, Катынь, Красная Армия, Польша, Прокуратура, Тверь (Калинин) и Тверская область, ложь, могилы / надгробия / похороны, фашизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments