НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Categories:

История одного вечера

jenya444 История одного вечера

Волков начинал как скрипач. Даже возглавил струнный квартет. Как-то обратился в Союз писателей:
– Мы хотели бы выступить перед Ахматовой. Как это сделать?
Чиновники удивились:
– Почему же именно Ахматова? Есть более уважаемые писатели – Мирошниченко, Саянов, Кетлинская…
Волков решил действовать самостоятельно. Поехал с товарищами к Ахматовой на дачу. Исполнил новый квартет Шостаковича.
Ахматова выслушала и сказала:
– Я боялась только, что это когда-нибудь закончится…
Прошло несколько месяцев. Ахматова выехала на Запад. Получила в Англии докторат. Встречалась с местной интеллигенцией.
Англичане задавали ей разные вопросы – литература, живопись, музыка.
Ахматова сказала:
– Недавно я слушала потрясающий опус Шостаковича. Ко мне на дачу специально приезжал инструментальный ансамбль.
Англичане поразились:
– Неужели в России так уважают писателей?
Ахматова подумала и говорит:
– В общем, да…


Сергей Довлатов, "Соло на IBM"

Продолжаю предыдущий пост, http://jenya444.livejournal.com/419711.html,  цитатой из Волкова

Волков: Шестнадцатого мая 1965 года группа молодых музыкантов, составлявших струнный квартет, со своими инструментами в футлярах и складными пультами, ехала в холодной и неуютной пригородной электричке из Ленинграда в Комарово. День был воскресный. Направлялись они в гости к Анне Ахматовой. Первой скрипкой этого квартета, состоявшего из студентов Ленинградской консерватории, был я. Мне шел двадцать второй год тогда. Многие стихи Ахматовой я знал наизусть с юности, и мне давно уж хотелось каким-то образом выразить ей свое восхищение и глубокое преклонение. В конце концов, узнав телефон Ахматовой, я набрался храбрости и позвонил ей. Представился, а затем предложил исполнить для нее музыку по ее выбору. Анна Андреевна, подумав, назвала имя Шостаковича. Это было для нас большой удачей и радостью, потому что недавно мы разучили один из новейших квартетов Шостаковича - Девятый - и сыграли его на фестивале Шостаковича в Ленинграде, где присутствовал сам автор.

jenya444 - лирическое отступление: первое исполнение девятого струнного квартета состоялось в Москве 20го ноября 1964 года, музыкантами Квартета имени Бетховена. Шостакович на сцене Малого зала консерватории после премьеры



Возвращаемся к тексту Волкова :)


Волков: Это получасовое сочинение, еще даже и не изданное, мы исполнили для Ахматовой, на ее маленькой, выкрашенной в зеленый цвет комаровской даче, которую сама она называла "Будкой". То было, вероятно, самое необычное концертное выступление моей жизни - перед аудиторией из одного человека! Семидесятипятилетняя Ахматова, нарядившаяся в черное японское кимоно поверх парадного розового платья, величаво и покойно сидела в глубоком кресле, полузакрыв глаза. Она, казалось, впитывала в себя скорбь, отрешенность и трагическую напряженность музыки Шостаковича, столь созвучные ее собственной поэзии.

Драматичные судьбы Ахматовой и Шостаковича, тесно связанные с Петербургом, не раз пересекались "на воздушных путях". Оба они подвергались гонениям, обращались друг к другу в своих произведениях, и на книге своих стихов, подаренной композитору, Ахматова написала: "Дмитрию Дмитриевичу Шостаковичу, в чью эпоху я живу на земле".

Вот имена моих приятелей: Виктор Киржаков, Валерий Коновалов, Станислав Фирлей. Виолончелист Стас был студентом из Польши. Он отправился к консерваторской преподавательнице русского языка (она же по совместительству секретарь партбюро), чтобы побольше узнать об Ахматовой. Получил такую приблизительно характеристику: "Ахматова - талантливая поэтесса, но допускала существенные ошибки". Сейчас трудно в подобное поверить. Но ведь тогда позорное партийное постановление 1946 года, в котором Ахматова объявлялась "типичной представительницей чуждой нашему народу пустой, безыдейной поэзии", чьи стихи "наносят вред делу воспитания нашей молодежи", все еще оставалось в силе.

Но мне удалось убедить Стаса, что его педагог, мягко говоря, заблуждается. И что на поездку к Ахматовой стоит потратить выходной день. Сдался и наш альтист, поначалу возражавший: "Если Ахматова такая великая, как ты говоришь, почему я о Твардовском знаю, а о ней - ничего не слышал". И вот мы в Комарове... Пока наш квартет играл, нервная балтийская погода (вероятно, в унисон к музыке) совсем распсиховалась: жуткий ветер сменился градом, а затем и снегом. Что приключилось? Ведь даже для Ленинграда снег во второй половине мая - скорее исключение, чем правило. Но когда мы кончили, сияло солнце.

После некоторого молчания Ахматова сказала: "Я только боялась, что это когда-нибудь кончится". Для меня эти слова прозвучали высшим комплиментом. Оробевшие товарищи мои тоже приободрились. Мы с Ахматовой вышли на крыльцо. И тут природа - быть может, продолжая свое соревнование с музыкой, - решила доказать, что последнее слово всегда останется за ней: над покрытым свежим белым снегом Комаровом взошла фантастическая, ослепительно яркая радуга.

Любуясь этой радугой, Ахматова заметила своим грудным, гипнотически значительным и внятным голосом: "Такая же погода была, помнится, в мае 1916 года". И тут она прочла свое написанное почти полвека назад стихотворение "Майский снег":

Прозрачная ложится пелена
На свежий дерн и незаметно тает...

Я помнил эти стихи наизусть и повторял их про себя вместе с ней, вплоть до заключительных строк:

Во мне печаль, которой царь Давид
По-царски одарил тысячелетья.

Меня тогда поразила эта способность Ахматовой перекинуть мгновенный, но прочный мостик между снегом 1916 и 1965 годов с легкостью, но в то же время осознавая всю важность подобного, только внешне случайного соединения. Когда это стихотворение было написано, мальчику Шостаковичу еще не исполнилось десяти лет. А сегодня мы сыграли его только что родившееся произведение. (Тогда я еще не знал, что ему суждено стать классическим и появиться во множестве записей.) Это был мой "урок Ахматовой", момент, который никому у меня не отнять. Она показала мне, как можно без видимого напряжения и претенциозности соединить несовместимые, казалось бы, исторические периоды и события и провести между ними ненавязчивые параллели. По мнению Ахматовой, эти параллели доказывали предопределенность и повторяемость самых на первый взгляд неожиданных и непредсказуемых поворотов судьбы...

jenya444: На этом вечере присутствовал ещё один человек, - фотограф Вячеслав Осипов. Есть известная фотография музыкантов с Ахматовой, нашлось даже два варианта этой фотографии:





Слева направо: Соломон Волков, Виктор Киржаков, Валерий Коновалов, Анна Ахматова, Станислав Фирлей. Комарово, 16 мая 1965. А недавно Осипов в своём фейсбуке выложил ещё одну фотографию того вечера, по-видимому, ранее не публиковавшуюся. Вот она:

Tags: 60-е, Ахматова, Шостакович, архивы и документы, мемуары/письма, старые фото
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments