НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Category:

100 лет легендарному Юлию Марковичу Реентовичу. Спасибо за счастливые годы, полные Музыки




Ансамбль скрипачей Большого Театра, создателем которого был Юлий Маркович, прожил с конца 1955 года по 1982 год и фактически умер вместе с ним...
«Первые шаги ансамбля скрипачей, – пророчески писал тогда Дмитрий Шостакович, – нас убеждают в том, что будущее этого коллектива прекрасно, и он займет видное место в строительстве советской музыкальной культуры».

Это был первый и единственный в Союзе классический профессиональный ансамбль скрипачей, игравший в сопровождении рояля, без дирижера и без нот – они играли свои партии наизусть, тем не менее все скрипки звучали синхронно.


фото Бориса Вдовенко 01.11. 1975. Концертная студия Останкино.

Давид Ойстрах так писал об этом ансамбле:

«Разумеется, все его участники и в первую очередь руководитель ансамбля, заслуженный деятель искусств РСФСР Юлий Реентович, талантливый музыкант, обладающий исключительным художественным вкусом, – скрипачи высокого класса, для которых, кажется, не существует технических или звуковых трудностей. Только при таком редком единстве музыки и исполнительской техники мог возникнуть столь удивительный и такой чудесный ансамбль».

На первых порах трудность состояла в выборе репертуара. Каждая скрипка поет по-своему, и чтобы они звучали синхронно, произведение должно быть написано именно для такого ансамбля. А поскольку подобных не существовало, то и музыкальной литературы, и специальных произведений для него не было. Приходилось аранжировать (специально перекладывать) различные музыкальные произведения для исполнения ансамблем. Реентовичу удалось привлечь высококвалифицированных аранжировщиков, а также композиторов, писавших специально для ансамбля. Среди них такие имена, как Г. Рождественский, Г. Заборов, Л. Фейгин, А. Гурфинкель, Р. Щедрин, А. Хачатурян, Е. Светланов, М. Чулаки... Постепенно репертуар расширился, в него вошло множество произведений разных эпох и стилей.

Особенно в начале своей деятельности ансамбль давал много благотворительных концертов. Его восторженно принимали в многочисленных аудиториях заводов и фабрик, в колхозах и совхозах, воинских частях и студенческих клубах. Артисты не считались с неудобствами и, когда не было настоящей сцены, играли на импровизированной. В памяти участников ансамбля остались многие необычные эпизоды из этих гастрольных поездок.

Для выступления в огромном сборочном цехе одного из заводов площадку для сцены соорудили прямо перед самым концертом. Пианино сюда принесли из клуба. Концерт проходил во время обеденного перерыва, и около тысячи рабочих в спецовках и халатах стоя слушали, как поют скрипки. Никто не уходил... Наградой артистам были горячие аплодисменты слушателей.

В пригороде Новосибирска играть пришлось в одном из рабочих клубов в нетопленном помещении. Артисты вышли во фраках и платьях, мерзли пальцы. В первых рядах зала оказались бабушки в белых платочках, в последнем – мужчины с бутылками: шум, гам... Реентович приказал играть «Аве Марию» Шуберта. В какой-то момент из первых рядов послышались рыдания. Когда смолкли последние звуки музыки, увидели в последнем ряду мужчин с так и не початыми бутылками в руках, они словно онемели. Несколько секунд полного молчания, и взрыв аплодисментов с криками «Здорово! Давай еще!» «Вот ради чего стоит жить», – резюмировал Реентович.

А в Лондоне выступление проходило в одном из лучших концертных залов. Он был полон, и музыкантов удивило наличие полицейских. Не успели артисты занять места на сцене и поднять скрипки, как из первых трех рядов поднялись молодые ребята с транспарантами в руках: «Убирайтесь в свою Россию...» Полицейские не вмешивались. «Стойте с поднятыми скрипками», – распорядился Реентович. Так и стояли 15 минут, пока публика сама разбиралась с «бунтовщиками». В конце концов большую часть удалось выпроводить из зала, а остальные свернули транспаранты и уселись слушать. Концерт прошел с большим успехом, причем было замечено, что первые ряды аплодировали особенно рьяно.

За время своего существования Ансамбль скрипачей дал более двух тысяч концертов, выступал во многих городах (свыше 70) и почти во всех республиках Советского Союза, на целинных землях Казахстана, Алтая, Сибири, в двадцати странах мира. Фирма «Мелодия» выпустила более 100 грампластинок с его записями. Ансамбль часто выступал на радио и телевидении, озвучивал кинофильмы, сопровождал выступления многих выдающихся артистов нашей страны. Ансамбль Реентовича объединял 17 скрипачей. Значительная роль в этом творческом коллективе принадлежала концертмейстеру Ирине Зайцевой.

В 1985 году уже после смерти Реентовича московское издательство «Планета» к XII Всемирному фестивалю молодежи и студентов выпустило фотоальбом «Ансамбль скрипачей Большого театра СССР». Кроме многочисленных фотографий он содержит отзывы знаменитых музыкантов страны к разным юбилейным датам ансамбля.

Вот некоторые из них.

«Искусство ансамбля ныне считается эталонным и принадлежит к тому лучшему, чем по праву гордится наша музыкальная культура... Наверное, мало кто знает, что свои выступления ансамбль скрипачей сочетает с напряженной повседневной работой в оркестре Большого театра. А ведь это совсем не просто, учитывая не только ежедневные репетиции и спектакли, но и главным образом содержание самой работы, требующей полной отдачи сил, нервного напряжения, – пишет Светланов и заключает: – Думается, Реентович владел теми современными принципами общения руководителя с коллективом, к которым необходимо нам всем стремиться в своей работе».

Этому мнению вторит и Г. Рождественский: «Труд артиста оркестра, помимо всего прочего, – тяжелый физический труд... И вот между репетициями и спектаклями, а иной раз и после спектакля, а иногда и перед репетициями собираются скрипачи оркестра Большого театра для того, чтобы поиграть музыку, написанную специально для их инструмента – скрипки, для того, чтобы ощутить себя в новом качестве солиста-ансамблиста, для того, чтобы в повседневном рабочем процессе избежать самого опасного, что может быть в искусстве – инерции. И они работают, работают тщательно, скрупулезно отделывая мельчайшие детали исполнения. Ведь их задача зачастую труднее, чем задача скрипача-солиста, – они делают виртуозный репертуар достоянием коллектива».

Заслуженный работник культуры РСФСР В. Зарубин пишет после концерта: «...Замер, затаив дыхание, зрительный зал. Простая, близкая сердцу мелодия “Песни” Дворжака захватывает слушателей. Семнадцать скрипачей в сопровождении фортепиано играют в унисон, как один музыкант, и звук их скрипок то объемный, симфонически насыщенный, то трепетно-прозрачный, то наполненный лирической теплотой, – очаровывает своей красотой. Выступает Ансамбль скрипачей Большого театра Союза ССР...»

А вот письмо первого космонавта планеты Юрия Гагарина: «Часто слушаю ваши выступления и всегда восторгаюсь. Ваше тонкое, совершенное искусство несет людям радость, делает их счастливыми».

Теплые слова в адрес Ю. Реентовича пишет профессор Т. Докшицер: «Выступления с ансамблем скрипачей всегда связаны с особым творческим настроением, которое в любых условиях мог создавать Юлий Маркович. В этом отношении его влияние на коллектив было огромно. Юлий Маркович не замечал мелочей, заботился о каждом, отвечал за всех и делал все для всех. Ему, казалось, не мешали трудности и неудобства гастрольной жизни. Организационные неурядицы, которые порой возникали перед концертом, он преодолевал спокойно, тихо, гасил в себе раздражительную реакцию и к людям обращал улыбку и ободряющие слова. Его огромное человеческое обаяние в жизни и на сцене с одинаковой силой действовало и на окружающих, и на публику».

С любовью к коллективу скрипачей написали и те, кому довелось выступать с ним в концертах. «Я часто выступала с ансамблем, и каждая встреча приносила мне большую творческую радость, обогащала меня. Удивительно ясная звуковая кантилена скрипок невольно передается певцу, заражает его вдохновением», – это Ирина Архипова.

«Всегда с радостью вспоминаю концерты с ансамблем скрипачей и в нашей стране, и в гастрольных поездках за рубежом. Вспоминаю 1978 год, когда мы играли концерт в Будапеште. Зал был настолько переполнен, что даже на сцене пришлось поставить кресла для публики... Каждое выступление ансамбля выливается в яркий праздник музыки», – это Вера Дулова.

«Счастлива, что много работаю с ансамблем, выступая на лучших сценах мира и на клубных площадках в больших и малых городах. И везде слышны слова благодарности, признательности и любви», – это Бэла Руденко.

Пресса разных стран тоже приятно поражала единодушием. Характерной была публикация в голландской газете «Де телеграф»: «Ансамбль скрипачей Большого театра является коллективом новой музыкальной формы, не существующей нигде в мире... Необходимо заметить, что обработки всей исполненной программы были безупречны, и блестящее исполнение семнадцатью скрипками напоминало одну скрипку. Этот концерт, без сомнения, явился настоящим событием для Запада».

Юлий Маркович Реентович. Съёмка Бориса Вдовенко. Концертная студия Останкино 1 ноября 1975. Российский Государственный архив кинофотодокументов. Личный архив Б. Е. ВдовенкоРодился в Тамбове. Окончил музыкальную школу (1927) и Тамбовское музыкальное училище (1931) по классу скрипки у своего отца Марка Наумовича Реентовича. С 1931 — артист, с 1952 — концертмейстер оркестра Большого театра СССР. Лауреат и дипломант музыкальных конкурсов: смотра-конкурса молодых музыкальных дарований ЦЧО (1934), Всесоюзного конкурса исполнителей произведений советских композиторов (1936) и др.

В годы Великой Отечественной войны в составе концертной бригады выступал на фронтах, 5 мая 1945 г. был одним из участников концерта советских исполнителей в поверженном рейхстаге.

Организатор (1956) и художественный руководитель Ансамбля скрипачей Большого театра; концерты коллектива проходили в городах СССР (в том числе в Тамбове), а также более чем в 20 странах мира.

Один из инициаторов проведения музыкальных фестивалей им. С.В. Рахманинова в Тамбове, выступал на первом фестивале в 1982.

Скрипичное искусство Тамбовщины имеет давние традиции. Музыкальные классы при местном отделении Русского музыкального общества были открыты в 1882 году. Но вскоре они закрылись, и возобновились занятия лишь через три года. К этому времени в Тамбов приехал выпускник Московской консерватории скрипач О. Чабан, занявший должности педагога и директора музыкальных классов. Его преемниками стали скрипачи С. Васильев, И. Яржембский, альтист И. Клейнгольд. Занятия велись по программе консерватории, и никаких скидок на любительство не делалось. В начале XX века значительный вклад в скрипичное искусство внесли Виктор Вильшау и Леонид Банович — педагоги и выдающиеся концертирующие музыканты.

В 1902 году музыкальные классы были реорганизованы в музыкальное училище. К этому времени скрипка в Тамбове получила широкое распространение, стало престижна обучать Детей игре на: этом инструменте. Звучала она и в ряде уездных центров губернии. Так, кирсановский земский начальник Илья Андреевич Боратынский, двоюродный племянник поэта, был отличным скрипачом и постоянно выступал в качестве солиста и участника созданного им струнного квартета. А в Козлове в 1909 году открылась музыкальная школа, имевшая специальный класс скрипки.

Расцвет скрипичного искусства в Тамбове начинается с приезда в город Марка Наумовича Реентовича. Окончив с серебряной медалью Петербургскую консерваторию по классу великого скрипача Леопольда Ауэра, основоположника русской скрипичной школы, Реентович в 1908 году начинает свою педагогическую и исполнительскую деятельность. В его классе получили профессиональную подготовку десятки отличных скрипачей. Множество концертов мастера в качестве солиста, участника ансамблей и дирижера принесли ему признание слушателей. В 1910-е годы игра скрипача была записана на грампластинки, что свидетельствовало о популярности музыканта в России. Сохранились записи игры Марка Наумовича в составе трио, исполняющего сочинения Чайковского, Шумана и Грига.

Сергей Рахманинов, знакомившийся с работой Тамбовского музыкального училища в 1909 году, отмечал «трех недурных скрипачей, из которых один, самый младший, очень талантливый». Это были ученики Марка Наумовича — Бутаков и Беляев (фамилия третьего в программе не указана). Среди учеников Реентовича — выдающиеся российские скрипачи М. Курдюмов и В. Городецкий, а также его сын Юлий Реентович. Марк Наумович на протяжении 45 лет вел педагогическую, творческую, общественную работу, полтора десятка лет возглавлял музыкальное училище. В 1934 году ему было присвоено почетное звание заслуженного артиста РСФСР.

Заслуга создания первого в Тамбове детского ансамбля скрипачей принадлежит жене Реентовича. Мария Моисеевна родилась в Тамбове, в семье музыкантов, окончила Московское филармоническое училище и с 1918 года преподавала в музучилище, играла в симфоническом оркестре и в составе струнного квартета. Сорок лет жизни она посвятила работе в Тамбове, воспитав немало талантливых учеников. Ансамбль из 23 юных исполнителей родился в 1935 году и быстро завоевал симпатии тамбовцев. Можно уверенно говорить о тамбовской школе скрипичной игры, в формировании которой ведущую роль сыграла деятельность семьи Реентовичей.

На смену семье Реентовичей пришло новое поколение продолжателей музыкальных традиций: Василий Банников, Дагмара Иванова, Лилия Дунаева, Валерий Лисковский, Татьяна Живоженко. Все они — бывшие питомцы Тамбовского училища, прямые наследники славных педагогов. А вслед за ними явилась новая плеяда талантливых учеников: А. Кожевников, В. Кабасин, М. Рубинштейн, Д. Болтакс. Ныне воспитание музыкантов-скрипачей в Тамбове осуществляют Государственный музык но-педагогический институт имени С. В. Рахманинова и входящая в систему этого института детская музыкальная школа № 1, носящая имя С. М. Старикова.

Среди скрипачей, родившихся на Тамбовщине, такие блестящие имена, как заслуженный деятель искусств профессор Константин Мострас, лауреат международных конкурсов Алексей Бруни, профессор Московской консерватории Михаил Курдюмов, заслуженный артист России Юрий Реентович, заслуженный деятель искусств Игорь Рехин и многие другие. Редкий город в России, кроме обеих столиц, может похвастаться столь блестящим созвездием мастеров смычка. Тамбов в этом смысле уникален.

Герой Советского Союза полковник Фёдор Матвеевич Зинченко вспоминал:

5 мая, только лишь прозвучала команда «Подъем», мне доложили, что приехали артисты. Это было приятной неожиданностью. Не так часто приходилось встречаться с артистами во время войны, а тем более в последние месяцы.
Вместе с офицерами штаба вышли им навстречу. Это была фронтовая бригада Большого театра. В ее составе прибыли танцоры Н. Спасовская, И. Леонтовский, баянист [189] П. Швец, баритон П. Селиванов, бас С. Гоцаридзе, скрипач Ю. Реентович и два актера Московского театра сатиры А. Киселевская и В. Анисимов.
В том же полуподвале, где разместился полк, из одеял, плащ-палаток соорудили импровизированные кулисы, занавес. Все с нетерпением ожидали начала концерта. В «первых рядах», то есть просто на полу, разместились наши раненые товарищи, не покинувшие поле боя во время штурма рейхстага, оставшиеся в строю и после капитуляции. Дальше лежали, отдели и стояли все остальные не занятые службой красноармейцы и офицеры. Просторное помещение подвала было переполнено.
Артисты заметно волновались перед предстоящей встречей с участниками штурма рейхстага. Оказывается, артисты, узнав вечером 30 апреля о том, что над рейхстагом водружено Знамя Победы, решили сразу же выступить перед теми, кто совершил этот подвиг. Но их конечно же тогда к нам не пустили. На рассвете 1 мая, усыпив бдительность своих проводников, они сами двинулись в сторону рейхстага, не подозревая, что вокруг него и в нем еще кипит ожесточенный бой. Думали, раз знамя установлено, значит, уже все закончилось. Однако беглецов быстро задержали и возвратили назад. Встречу пришлось отложить.

Концерт открыл Владимир Анисимов. Он прочитал главу «Мы им напомним» из поэмы Константина Симонова «Ледовое побоище». Слова этой поэмы звучали тогда особенно актуально, были близкими и понятными всем, кто сидел в том «зале», глубоко волновали каждого. И когда в полной тишине прозвучали строки: «В Берлин уже входили русские войска», своды подвала дрогнули от бурных аплодисментов.

Гоцаридзе спел арию Гремина из «Евгения Онегина» Чайковского, арию Мельника из «Русалки» Даргомыжского, Спасовская и Леонтовский исполняли русские народные танцы. Петр Селиванов покорил всех чудесной украинской песней «Думка» и вальсом Блантера «В лесу прифронтовом». Очаровали присутствующих и прекрасные лирические мелодии Глиера в исполнении Юрия Реентовича. Большой успех имели, конечно, и сатирические миниатюры, которые исполняли Анисимов и Киселевская.

Затаив дыхание, бойцы ловили каждый звук, следили за каждым движением и словом артистов. Наверное, каждый артист, выступавший на фронте, подтвердит, что нет зрителей более благодарных, чем воины, только что вышедшие [190] из трудного боя. Недаром поется, что «после боя сердце просит музыки вдвойне»...
На память об этом концерте мы вручили всем его участникам наручные часы, на которых успели выгравировать надпись: «В память о первом концерте в рейхстаге. Комендант рейхстага полковник Зинченко».
* * *

Только четыре специальных концерта авртистов Большого Театра дали фонду обороны 78 тысяч рублей. К новому 1942 году для бойцов войск генерала К. Рокоссовского артистами Большого театра было послано более восьмидесяти посылок. Летом 1941 года многие работники театра участвовали в уборочных работах колхозов. Дежурили в театре, на медпунктах, отремонтировали 40 тысяч предметов одежды для фронта и т. д. Активно помогали фронту и члены семей артистов. Но трудно переоценить энтузиазм исполнителей, выступавших на передовых позициях.

С первых же дней Великой Отечественной войны солисты Большого театра включались в художественные бригады для обслуживания фронтов. Они выступали в любое время года, и в дождь, и в холод, под пулеметным и минометным огнем, умудряясь иной раз за 14 — 15 дней дать по 26 концертов. Иногда приводилось выступать прямо в лесу, на морозе в 300 — 400 метрах от переднего края фронта. Об этом рассказывала Викторина Кригер, одна из наиболее частых и самоотверженных участниц фронтовых бригад. Осенью 1941 года состоялся первый выезд на фронт концертной бригады, составленной только из артистов Большого театра.

С конца ноября по начало апреля 1942 года в активе бригады — 78 развернутых концертов на фронте, 18 выступлений отдельных солистов и 23 концерта в госпиталях. Когда враг зимой 1941 года стоял на рубежах Москвы, многие артисты выступали в окопах, землянках, блиндажах, в полуразрушенных избах, под открытым небом. Старшее поколение во главе с А. Неждановой, Н. Обуховой, Е. Катульской систематически пели по радио, участвовали в концертах в госпиталях, выезжали в расположение войск К. Рокоссовского, Группа артистов балета — М. Дамаева, Н. Кузнецов, Н. Холфин, войдя в состав-художественной фронтовой бригады, прошли с армией четырехсотверстный путь, дав сотни выступлений. Выезжали на Западный фронт В. Барсова, М. Михайлов, Е. Катульская, О. Лепешинская, Е. Кругликова, И. Козловский, П. Норцов, М. Рейзен и др.

В одну из первых бригад артистов Большого театра, выехавших в действующую армию 25 сентября 1941 года, входили О. Лепешинская :и А. Мессерер. Неутомимая участница и руководительница фронтовых бригад, солистка балета Большого театра С. Звягина вела во время выездов дневник. Эти краткие, без всякой литературной красивости записи — волнующий документ из истории работы столичной оперной сцены в дни войны: «Лето 1942 года. Западный фронт у Рокоссовского. Район Вязьмы. Работа исключительно на передовой, первые обстрелы, бомбежки. Редкое внимание к актерам и полное вослриятие искусства. Впервые огромное моральное удовлетворение, несмотря на три-четыре-пять концертов в день...» И далее: «Северо-Западный фронт (частично Волховский и Калининский). Фронт отличается бездорожьем, болотистостью.

Передвигались в основном на тракторах либо верхом. Были случаи, что пешком по колено в грязи. Когда мы появились кавалькадой, верхом на лошадях около передовой батареи, командир орудия дал команду: «В честь дорогих москвичей, за бригаду артистов Большого театра, по врагу — огонь!». Бригада С. Звягиной, награжденной орденом Красной Звезды, прошла вместе с передовыми частями армии от Сталинграда до Новочеркасска. Однажды Максима Дормидонтовича Михайлова и других артистов бригады, крепко заснувших после утомительного дня разъездов и выступлений на фронте, разбудил гонец с письмом начальника Политуправления Воронежского фронта — тогда комбрига С. С. Шатилова. Сергей Савельевич просил: «Дорогие друзья! Прибыло пополнение славных сибиряков. Утром они уходят в бой. Если можете, дайте этой ночью концерт».

Конечно, артисты смогли... Михайлов, кроме других номеров, пел «Дубинушку», припев которой подхватывали все бойцы. Солистка балета Большого театра Н. Спасовская, например, тринадцать раз возглавляла концертные бригады, по нескольку месяцев проводя на фронтах, трижды была награждена боевыми орденами и медалями. В бригаду ее входили: Е. Межерауп, П. Селиванов, С. Гоциридзе, И. Лентовский, Ю. Реентович, Н. Корольков, П. Швец. Танцовщица рассказывает: «Фронтовая жизнь бригады началась на Первом Балтийском. С войсками Четвертого Украинского фронта мы прошли весь путь освобождения Крыма — от маленькой станции Акимовка, через Сиваш, Перекоп, Джанкой до Севастополя. Наконец, с войсками Первого Белорусского фронта, которые вели победоносное наступление от Варшавы до Берлина, мы вступили в столицу Германии». Действительно, бригада работала самоотверженно. 21 февраля 1945 года она в последний раз отправилась в распоряжение Первого Белорусского фронта.

Впервые варшавяне услышали по своему радио голоса советских артистов. В эти часы на улицах у репродукторов, несмотря на проливной дождь, стояли толпы людей: ведь это были голоса свободы, голоса начинающегося возрождения Польши! Затем бригада дала несколько платных концертов в пользу польских детей и двинулась дальше. Познань... Пять концертов в госпитале, размещенном в костеле, — эстрадой служил алтарь! Во время форсирования реки Одер артисты выступали в непосредственной близости от переднего края, обслуживая части, выходившие из боя. В Берлин бригада Большого театра вошла с танковыми войсками маршала Богданова. 5 мая — на третий день после взятия Берлина — артисты поехали осматривать рейхстаг. «В огромном полуразрушенном здании еще пахло гарью от догоравших ящиков и обломков мебели, которыми баррикадировались оголтелые фашистские разбойники, с упорством смертников защищавшие свое логово. Узнав, что здесь расположились части, штурмом овладевшие рейхстагом, мы обратились к полковнику, командиру этой части, с просьбой разрешить нам, советским артистам, показать свое искусство воинам-героям», — вскоре писал П. Селиванов в многотиражной газете Большого театра.

Во время первого концерта в бомбоубежище рейхстага по одной из лестниц выводили из подвалов сдавшихся фашистов — в нижних этажах бомбоубежища еще шел бой... 8 мая, в день подписания акта о капитуляции, бригада выступила в Карлсхорсте. А 5 июня — в концерте, организованном в честь уполномоченных четырех союзных держав для подписания Декларации о капитуляции фашистской Германии. В этом концерте приняли участие также известные советские музыканты — певица Надежда Казанцева и виолончелист Святослав Кнушевицкий. Так завершился 104-й концерт бригады. Это краткие эпизоды из фронтовой работы только двух-трех бригад артистов Большого театра. А их было около двадцати, если не считать, что многие солисты входили в смешанные бригады, составленные из артистов разных московских театров и разных жанров. Некоторые исполнители, как, например, М. Дамаева, Э. Бочарникова и Н. Холфин, годами без перерыва работали на фронтах.
* * *

В музее ГАБТа хранится и уникальная заметка из армейской газеты «За Советскую Родину» от 15 мая 1945 года, которая начинается так: «Вчера фронтовой бригадой Государственного ордена Ленина академического Большого театра Союза ССР в здании германского рейхстага дан кйнцерт. Зрителями были непосредственные герои последних боев, участники штурма рейхстага…» В том концерте принимали участие ветераны театра и артистическая молодежь — Н. Спасовская, И. Лентовский, П. Селиванов, Е. Межерауп, Ю. Реентович, Н. Корольков и другие.

Вот отзыв советского военного командования о выступлениях фронтовой бригады артистов Большого театра — еще один ценный документ того времени:

«Бригада Государственного ордена Ленина академического Большого театра Союза ССР… работала по обслуживанию частей и соединений 1-го Белорусского фронта с 21 февраля по 2 июня 1945 г. (и) вместе с частями фронта прошла от Варшавы до Берлина.

В Варшаве бригада дала первые платные концерты в пользу детей — сирот Варшавы и провела первую радиопередачу по Варшавскому радио…
При форсировании реки Одер бригада обслужила бойцов и офицеров в непосредственной близости от передовой.

Во время боев за Берлин коллектив артистов работал в медсанбате среди раненых бойцов и офицеров, а также обслуживал части, вышедшие из боя.
В день подписания декларации 5 июпя в Берлине артисты приняли участие в концерте, организованном по случаю встречи представителей четырех союзных держав.
На третий день после падения Берлина бригада дала первый концерт советских артистов в рейхстаге для полка, водрузившего Знамя Победы на рейхстаге.

Работая в трудных фронтовых условиях, за четыре месяца бригада дала 251 концерт, обслужив бойцов и офицеров 4-х армий, 1-го корпуса и Управления фронта.
Концерты везде проходили с большим успехом, коллектив артистов неоднократно отмечался благодарностями командования.
Военные годы вошли в летопись нашего Большого, его комсомола, как годы великого испытания, которое выдержано с честью.
* * *




1. Д.Шостакович. Романс из музыки к к/ф "Овод".
2. Н.Римский-Корсаков. Полёт шмеля из оперы "Сказка о царе Салтане" (обр. А.Штримера).
3. К.Сен-Санс. Лебедь из сюиты "Карнавал животных".
4. А.Дворжак. Цыганская мелодия (обр. Г.Рождественского).
5. К.В.Глюк. Мелодия из опры "Орфей и Эвридика".
6. Г.Динику. Мэрцишорская хора (обр. Г.Юдина и А.Гурфинкеля).
7. Ф.Шуберт. Ave Maria (обр. Г.Заборова).
8. Ф.Крейслер. Вариации на тему А.Корелли (в стиле Дж.Тартини).
9. Ф.Равель. Павана.
10. А.Глазунов. Антракт из балета "Раймонда".
11. С.Рахманинов. Вокализ (обр. Г.Заборова).
12. А.Дворжак. Славянский танец ми-минор.
13. А.Рубинштейн. Мелодия.
14. Э.Гранадос. Испанский танец.
15. Я.Сибелиус. Грустный вальс.
16. Р.Шуман. Грёзы.
17. Н.Паганини. Вечное движение.

Партия фортепиано - Ирина Зайцева.
Партия органа (7) - Петерис Сиполниекс.
Квартет виолончелистов Большого театра (3)

_______________________

мало кто догадывается, что Юлий Маркович создал Ансамбль в Память о своей Матери, Марии Моисеевне Реентович
Tags: 100-летие, 50-е, 70-е, 80-е, 9 мая, Большой Театр, Великая Отечественная война, Рахманинов, Светланов, Тамбов и Тамбовская область, Таривердиев, Шостакович, любимая Музыка, мемуары/письма, образование, романс, цитаты, юбилей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments