Оккупация Ясной Поляны продолжалась сорок пять дней.
В 1941 г. над Ясной Поляной нависла угроза оккупации. Было решено эвакуировать вещи из дома Толстого. Эвакуацию организовала внучка Л. Н. Толстого Софья Андреевна Толстая-Есенина, которая в 1941 году стала директором объединенных толстовских музеев. Подготовкой вещей к эвакуации занимался хранитель музея Сергей Иванович Щеголев. 13 октября 110 ящиков с экспонатами дома Толстого были отправлены в Москву, а затем в Томск.
Гитлеровцы ворвались в Щёкино 28 октября 1941 года и сразу же ввели жёсткий оккупационный режим. Согласно приказу Гитлера под названием «Мрак и туман», за любые действия, направленные против оккупационных войск, предписывалась смертная казнь ил увоз в Германию, в концлагерь. Открыто провозглашалась система внесудебной расправы и массового террора.
В старых засечных лесах стали создаваться партизанские отряды. В тылу у немцев загремели выстрелы, разрушались линии связи, велась разведка. В районе Ясной Поляны партизанский отряд Н.Г. Есипова разгромил большой обоз гитлеровцев.
Одна из баз партизанов была расположена в лесу в нескольких километрах от с. Головеньки. Нашёлся предатель, указавший врагу место расположения отряда. В ноябре 1941 года на Тимошкинском лугу у Головенек фашисты расстреляли 12 местных партизан и солдат. Человека, обрекшего земляков на смерть, тоже ждала скорая гибель. Уже в декабре он был арестован и расстрелян местными жителями.
Жители Щёкинского района, занимаясь своей профессией, растя детей, вряд ли предполагали, что когда-нибудь станут бойцами. Но война пробудила в обыкновенных на первый взгляд людях силы к подвигу.
Андрей Дмитриевич Устинов в 1941 году работал лесничим Воздремского лесхоза. Он и два его сына Василий и Виктор, студенты лесного техникума, поддерживали связь с партизанами и помогали им. А иногда партизаны сами приходили в деревню. Об этом узнали немцы и попытались захватить партизан. Завязался бой. Но силы были неравны: партизан взяли в плен и 20 ноября 1941 года расстреляли. Герои-патриоты похоронены в братской могиле в с. Селиваново на территории лесхоза-техникума.
Способными на подвиг оказались и пенсионеры, и женщины, и дети. Учительница из д. Каменка А.И. Воротникова, рискуя жизнью, вывела из окружения у д. Николаевка группу бойцов. А престарелый колхозник из д. Супруты Ипатов вывел из окружения около 100 красноармейцев.
В г. Щёкино девятиклассник Игорь Иванов поджёг бутылками с горючей смесью немецкий штаб, повредил телеграфную линию, был схвачен и расстрелян. За повреждение телефонного провода был расстрелян ещё один пионер – Петя Чадаев из д. Грецовка.
Вероломное нападение фашистской Германии и временная оккупация города приостановили его развитие. За 52 дня оккупации немецко-фашистские войска нанесли большой урон хозяйству и населению. В городе Щёкино фашисты разрушили все промышленные предприятия, школы, поликлинику, родильный дом, здания детских садов и яслей, клуб, баню, прачечную, типографию, магазины, железнодорожную станцию и водонапорную башню. Город лишился воды и электричества. Промышленным предприятиям был нанесен урон более чем на 12 миллионов рублей. Большой ущерб понесло сельское хозяйство, В районе оккупанты разрушили 273 общественные постройки, 717 жилых домов, много школ, сильно пострадали лечебные и детские учреждения. Было отобрано более тысячи лошадей, пятьсот коров, две тысячи овец,; несколько тысяч домашних птиц. Оккупанты уничтожили и увезли 12500 центнеров зерна, 1300 центнеров картофеля, Иного кормов.
Гитлеровские разбойники зверски замучили и расстреляли свыше 160 советских людей, в том числе всю семью Ситниковых. Шесть ран было на теле трехлетнего мальчика, которого убийцы кололи штыком даже после его смерти Фашисты сожгли всю деревню Уткино, а жителей, пытавшихся тушить пожары, расстреливали из автоматов. В Щёкино был расстрелян и Парторг Шахты №18 Н.Г. Царьков. В Огаревке повесили начальника участка, коммуниста Е.С, Русанова, на шахте №9 на высоковольтных опорах повесили отца и сына Воробьёвых, слесаря Юдина, на шахте №6 — помощника главного инженера Д П. Чадаева.
После ожесточенных боев 14 декабря 1941 года частями 10-й и 50-й армий под командованием генералов Ф.И, Голикова и И.В. Болдина во взаимодействии с другими частями Красной Армий и при поддержке партизан были освобождены Ясная Полина, а через три дня, 17 декабря — город Щёкино.
Вечернее сообщение Советского Информбюро От 17 декабря 1941 года гласило: "Войска Генерала Болдина, развивая наступление против немецких войск, завершили разгром 296-й пехотной дивизии и утром 17 декабря заняли город Щёкино. Нашими войсками захвачены большие трофеи. Только части К.П. Трубникова захватили 6 немецких самолетов, 35 танков, 4 орудия, 35 автомашин, 40 мотоциклов, десятки тысяч снарядов и много другого военного имущества".
В рядах воинов-освободителей сражались многие туляки и щекинцы. Был среди них и 16-летний Сергей Егоров из деревни Ясная Поляна. Прошел всю войну и другой наш земляк — шахтер из деревни Огаревка А.М. Филиппов.
За время оккупации район превратился в руины. Было разрушено 617 жилых домов, уничтожено 14 школ со всем имуществом, а 22 школы частично. В городе Щёкино фашисты разрушили все промышленные предприятия, поликлинику, родильный дом, здания детских садов и яслей, клуб, баню, прачечную, типографию, магазины, железнодорожную станцию и водонапорную башню... Опустошительному разгрому подверглись шахты, где все подземные здания и сооружения были превращены в груды развалин. Топливная проблема обострилась до крайности.
Но это была не единственная трагедия, связанная с шахтами. Они стали могилами для множества людей, отдавшим шахтам всю свою энергию и умения: на шахте № 6 был повешен пом. главного инженера Д.П. Чадаев, на шахте № 9 – слесарь Юдин, на шахте № 18 фашисты расстреляли парторга шахты Н.Г. Царькова и всю семью Ситниковых. На теле трёхлетнего мальчика было шесть ран: убийцы кололи штыком уже мёртвое тело. В Огарёвке повесили начальника участка Е.С. Русанова. Несколько десятков военнопленных фашисты живыми сбросили в шурф шахты № 5 у пос. Старая Огарёвка.
Немцы надругались над памятью Л.Н. Толстого. Ворвавшись в Ясную Поляну 29 октября 1941 года, они устроили в доме великого писателя казарму. Жгли, уничтожали книги, мебель, картины. В спальне открыли казино, в одной из комнат – сапожную мастерскую. Оккупанты расхищали всё, что попадалось под руку. Гитлеровцы осквернили могилу Льва Николаевича, захоронив рядом сотни своих солдат. При отступлении они подожгли усадьбу.
Молодые, 1905 – 1918 годов рождения, полные сил и планов на будущее парни и мужчины сразу же подали заявления с просьбой послать их на фронт в качестве добровольца. В первый же день войны было мобилизовано 532 человека. От мужчин не отставали и девушки, которые, не испугавшись тяжёлой работы, пошли на трудовой фронт: строить противотанковые рвы, окопы, доты, блиндажи в Чернском районе, по линиям Белёв – Лихвин – Калуга, Житово – Щёкино – Павшино, Ясенки – Ясная Поляна. В Щёкине, Крапивне, во всех сельсоветах и посёлках создавались посты воздушного наблюдения. «Бойцы невидимого фронта» – пенсионеры, дети, домохозяйки – учились тушить зажигательные бомбы, защищать свои жилища.
Самоотверженность и отвага наших войск, истребительных батальонов и отрядов народного ополчения достойны поклонения. Однако для того, чтобы противостоять мощному натиску, их оказалось недостаточно. Ведь Тула интересовала фашистов и как удобный пункт для дальнейшего развёртывания наступления на Москву, и как крупнейший промышленный центр. Поэтому немецкие войска стягивались к областному центру с трёх сторон: одна из группировок наступала на Белёв, вторая – на Калугу. Главная же ударная группировка двигалась именно через Щёкино, и её готовность к боевым действиям была несопоставима с нашими силами: здесь было сосредоточено более трёхсот танков, до двух дивизий морпехоты и большое количество авиации. Началось отступление, а затем и эвакуация населения, предприятий и колхозного имущества, которой руководил П.Т. Матюшин, первый секретарь райкома партии с 1940 года.
Положение нашей армии было критическим: полковник Эбербах вёл на Тулу танковый авангард и пехотный полк СС «Великая Германия», по численности едва ли не равный русской дивизии, со стороны Одоева на Крапивну наступали части 53-го немецкого пехотного корпуса. И вот, чтобы прикрыть Тулу хотя бы со стороны Мценска, в район Щёкино и Ясной Поляны по железной дороге из-под Белёва были срочно переброшены подразделения 290-й стрелковой дивизии. Но и полки этой дивизии были обескровлены в предыдущих схватках с врагом: не было ни артиллерии, ни пулемётов, ни гранат, не хватало винтовок и патронов, средств связи...
26 октября в сторону Плавска был направлен 108-й мотострелковый полк. Он и принял на себя мощный удар противника уже через два дня. Произошло это на северной окраине Плавска. Сражение началось с атаки немцев, но она была отражена. Началась бомбёжка позиций полка. Потом последовала танковая атака, которая тоже не увенчалась успехом.
Просёлочными дорогами фашисты обошли полк и устремились в Щёкино. Командарм усилил 290-ю стрелковую дивизию запасным стрелковым полком, который занял оборону юго-восточнее города Щёкино. Кроме того, дивизия была усилена артиллерийским дивизионом 227-го полка. Но этого было крайне мало, чтобы задержать танковые дивизии врага.
28 октября 1941 года в Тулу была передана по телефону тревожная весть. Звонил электромонтёр И.В. Воронин, который сообщил, что в г. Щёкино вошли немцы. Щёкинская электрическая подстанция оказалась на оккупированной территории и была немедленно отключена от электросети, и только то, что Воронин остался на вражеской территории, позволило ему сообщить в Тулу о том, что дело плохо. Под натиском танков Гудериана наши части оставили город Щёкино. При отступлении на шахтах района были взорваны машинные отделения, а на заводах выведено из строя оборудование. В городе рвались мины и снаряды, росло число убитых и раненых.
На следующий день, 29 октября, позиции 290-й дивизии, окопавшейся на рубеже южнее Ясной Поляны, подверглись мощному артиллерийскому и авиационному удару, а потом на них пошли моторизованные части немцев. Дивизия отразила натиск врага. Последовал новый бомбовый удар, и на позиции дивизии двинулись танки.
Но в это время выходящие из окружения две батареи 702-го противотанкового артиллерийского полка прямой наводкой открыли огонь по вражеским танкам, которые, потеряв 4 боевые машины, отошли. После нового авиационного налёта немецкие танковые части прорвали нашу оборону и заняли Ясную Поляну.
12 декабря 1941 г. 32-й танковой бригаде с приданным ей 124-м танковым полком командованием 50-й армии была поставлена задача освободить Ясную Поляну и затем наступать на Щёкино. Это был первый шаг к освобождению Щёкинского района от оккупантов. Однако ещё раньше та же 32-я танковая бригада вместе с нашими частями 217-й стрелковой дивизии в составе первого эшелона начали наступление с севера на укреплённый узел.
Что же это был за узел? Под нейтральным и привычным словом скрывалась страшная машина, созданная фашистами для человеческого уничтожения: огромное количество дотов, дзотов, пулемётных гнёзд, минных полей, надолбов... Смертоносный узел находился под самым боком – в Ясной Поляне. А сам город Щёкино стал центром сбора фашистов: преследуемые нашими войсками, они стекались из-под Богородицка и Узловой на шоссе Тула – Орёл.
Всё это были последствия Тульской наступательной операции против немецких частей, проведённой в декабре 1941 года войсками Западного фронта. С освобождением Щёкино оказались связаны крупнейшие полководцы: во главе войск Западного фронта стоял легендарный Г.К. Жуков. Противостояли также серьёзные противники: немецкая 4-я полевая и 2-я танковая армии под командованием генерала-фельдмаршала Ф. Бока и генерала-полковника Г. Гудериана.
Дорогу в лесу, не занятую фашистами, показали 32-й танковой бригаде, двигавшейся из Тулы к Ясной Поляне, колхозник А.С. Никишкин и школьник Миша Панов. Но на одной из лесных полян разведка обнаружила около кавалерийского эскадрона немцев, которые грелись у костров. В атаку сразу бросился мотострелковый батальон под командой майора П.А. Михайлова и уничтожил гитлеровцев за полчаса. Выйдя к Ясной Поляне, наши танки совместно с 740-м полком 217-й стрелковой дивизии 14 декабря 1941 года нанесли удар по деревне с запада, юга и востока.
14 декабря, отступая из Ясной Поляны, фашисты, намереваясь скрыть следы своих чудовищных надругательств над величайшим культурно-историческим памятником, подожгли дом Толстого. Усилиями работников музея пожар удалось потушить. Сгорели комнаты, в которых помещались библиотека и спальня Л. Н. Толстого.
17 декабря группа научных работников и рабочих музея-усадьбы Л. Н. Толстого, а также местные колхозники и учителя составили акт о чудовищных преступлениях гитлеровских негодяев, надругавшихся над памятью Л. Н. Толстого. В акте отмечается, что с первого же дня своего прихода в Ясную Поляну немцы приступили к плановому разрушению музея-усадьбы. Фашисты расхитили почти все экспонаты литературного музея, устроили в доме Толстого казарму для офицеров и их денщиков. Все шкафы, в которых прежде хранились архивы, разбиты. Личные вещи Л. Н. Толстого сожжены в печах. Фашисты разломали и выбросили соху, которой пахал Толстой. Они покрыли порнографическими рисунками стены музея, превратили знаменитую комнату со сводами, в которой создавалась "Война и мир", в грязный хлев. В комнатах писателя гитлеровцы открыли сапожную мастерскую.
очерк Алексея Толстого
26 декабря 1941 года
16 декабря, при общем отступлении, немцы, бежавшие из Ясной Поляны, разрушили дом Льва Толстого и подожгли его. При Советской власти усадьба и дом Льва Толстого стали музеем, где все до мелочей сохранялось в том виде, как было при жизни писателя. Святилищем в этом доме была небольшая угловая комната с голыми штукатуренными стенами, сводчатым потолком и окошком, затемненным ветвями,- аскетическое и суровое, как все отношение к себе и своему творчеству Льва Николаевича. Сидя на низеньком стуле за неудобным столиком, он работал здесь, маленький, с морщинистым бородатым лицом, с седыми бровями, нависшими над непримиримым блестящим от старой молодости, холодным взглядом его серых глаз. В комнате не было ни произведений искусства, ни скульптуры, ни картин, ни ковров. В углу - садовые инструменты, да несколько уздечек висело на стенах, да на подоконнике бумажка с сухими семенами, да шкаф с книгами. Здесь расправлял крылья его гений, для которого был тесен самый мир, с неправдой, ложью и беззаконием - несправедливого закона. Здесь его юношески пылкое сердце билось любовью к прекрасному, человеческому,- чему он посвящал свои вдохновенные строки. Здесь его совесть негодовала на несправедливость и диктовала пламенно обличительные слова; здесь рождались страницы, над которыми мы смеялись и плакали и учились быть лучше, чем мы были.
Здесь же стояла причуда его русской совести - крестьянская соха, за которой - в поле, в ветреный день - его увековечил великий художник Репин.
Все это разрушено, растоптано, разорвано, сожжено солдатами Гитлера. На штукатуренных стенах они, уходя, оставили на память человечеству порнографические рисунки.
Солдатам Гитлера нечего оправдываться невежеством,- каждый немец знает, кто такой Лев Толстой. Осквернение и разрушение Ясной Поляны сделано солдатами Гитлера сознательно. Они лишь послушные исполнители основной политической установки Гитлера: уничтожать, стирать с лица земли вся кую национальную культуру, чтобы человечество стало "не помнящим родства", чтобы не осталось в порабощенном фашистами мире иных заповедей, кроме полевой книжки Гитлера "Моя борьба".
Немцы сознательно разрушали старинные кварталы и архитектурные ансамбли английских городов; они сознательно превращали в щебень дивные памятники Ленинграда и Варшавы; уходя из Святых гор, они осквернили могилу Пушкина; они взорвали редчайший архитектурный памятник русского зодчества XII века Святую Софию в Новгороде; они разрушили петергофские фонтаны - одно из самых восхитительных произведений позднего барокко; всюду, где прошли немцы, уничтожены культурные ценности, взорваны университеты, театры, вырублены прекрасные парки. Если в руки гитлеровским солдатам попадались ученые, люди искусства, они их с особенным вкусом расстреливали или швыряли в концлагерь на голодную смерть.
Рядом с чудовищным списком пленных красноармейцев, погибших от мучительных, изощренных пыток, зарезанных, запытанных, повешенных, изнасилованных девушек, женщин и детей растет список дикого разрушения, осквернения культурных ценностей и национальных святынь.
Мы отказываемся измерять воображением глубину нравственного падения солдат Гитлера. Это не варвары, ибо варвары не виноваты в том, что еще не поднялись на ступень цивилизации. Не оскорбляйте варваров, называя этим именем солдат Гитлера. Не обижайте природу, называя дикими зверями солдат Гитлера. Они просто - падшая сволочь.
Гитлер - глава шайки международных гангстеров - обработал и воспитал миллионы немцев так же, как в школе воров воспитывают жуликов и громил, но лишь в более широком масштабе; он проштемпелевал их души каленым тавром свастики и великолепно организовал для порабощения и ограбления народов обоих полушарий.
Мы после разберемся в том, каким образом была дана возможность осуществления этого небывалого в истории заговора. Сейчас задача всех цивилизованных и свободных народов- спасти цивилизацию и свободу, спасти гуманитарную культуру, над которой потрудилось столько поколений. И во имя торжества нравственности, торжества гуманитарной культуры, торжества национальных свобод всех стран и народов, без колебаний и без пощады,- истребить эти миллионные армии свирепых гангстеров, ибо они пали так низко, что у них нет права просить о снисхождении.
Адольф Шикльгрубер, называемый Гитлером, в начале своей карьеры был неудавшимся художником. Нам неизвестны альбомы с его рисунками, но мы можем определить их стиль, рассматривая стены рабочего кабинета Льва Толстого после того, как там побывали немцы. Наш исторический долг - отрубить руки у этого неудавшегося художника, который осквернил порнографическими рисунками храм нашего национального искусства.
Лев Толстой верил в победу добра в нашей жизни. Мы стоим на той же точке зрения, мы лишь уверены, что добро не пассивно, но воинственно, и что высокие задачи устроения добра воодушевляют наши красные армии в наступление, и они не остановятся и не опустят оружия, покуда задача не будет выполнена до конца.
В усадьбе немедленно начались восстановительные работы. Первая реставрация была завершена к маю 1942 г. В мае 1945 г. экспонаты дома Толстого вернулись на свои прежние места. Но восстановление Ясной Поляны продолжалось еще долгое время.
В 1951 г. была проведена серьезная реставрация дома Толстого; был восстановлен яблоневый сад, вымерзший во время войны, по воспоминаниям жителей деревни и фотографиям - реконструированы хозяйственные постройки (кучерская изба, житня). В 1953 г. на реставрационные работы в музее было выделено 6 млн. рублей.
Гитлеровцы ворвались в Щёкино 28 октября 1941 года и сразу же ввели жёсткий оккупационный режим. Согласно приказу Гитлера под названием «Мрак и туман», за любые действия, направленные против оккупационных войск, предписывалась смертная казнь ил увоз в Германию, в концлагерь. Открыто провозглашалась система внесудебной расправы и массового террора.
В старых засечных лесах стали создаваться партизанские отряды. В тылу у немцев загремели выстрелы, разрушались линии связи, велась разведка. В районе Ясной Поляны партизанский отряд Н.Г. Есипова разгромил большой обоз гитлеровцев.
Одна из баз партизанов была расположена в лесу в нескольких километрах от с. Головеньки. Нашёлся предатель, указавший врагу место расположения отряда. В ноябре 1941 года на Тимошкинском лугу у Головенек фашисты расстреляли 12 местных партизан и солдат. Человека, обрекшего земляков на смерть, тоже ждала скорая гибель. Уже в декабре он был арестован и расстрелян местными жителями.
Жители Щёкинского района, занимаясь своей профессией, растя детей, вряд ли предполагали, что когда-нибудь станут бойцами. Но война пробудила в обыкновенных на первый взгляд людях силы к подвигу.
Андрей Дмитриевич Устинов в 1941 году работал лесничим Воздремского лесхоза. Он и два его сына Василий и Виктор, студенты лесного техникума, поддерживали связь с партизанами и помогали им. А иногда партизаны сами приходили в деревню. Об этом узнали немцы и попытались захватить партизан. Завязался бой. Но силы были неравны: партизан взяли в плен и 20 ноября 1941 года расстреляли. Герои-патриоты похоронены в братской могиле в с. Селиваново на территории лесхоза-техникума.
Способными на подвиг оказались и пенсионеры, и женщины, и дети. Учительница из д. Каменка А.И. Воротникова, рискуя жизнью, вывела из окружения у д. Николаевка группу бойцов. А престарелый колхозник из д. Супруты Ипатов вывел из окружения около 100 красноармейцев.
В г. Щёкино девятиклассник Игорь Иванов поджёг бутылками с горючей смесью немецкий штаб, повредил телеграфную линию, был схвачен и расстрелян. За повреждение телефонного провода был расстрелян ещё один пионер – Петя Чадаев из д. Грецовка.
Вероломное нападение фашистской Германии и временная оккупация города приостановили его развитие. За 52 дня оккупации немецко-фашистские войска нанесли большой урон хозяйству и населению. В городе Щёкино фашисты разрушили все промышленные предприятия, школы, поликлинику, родильный дом, здания детских садов и яслей, клуб, баню, прачечную, типографию, магазины, железнодорожную станцию и водонапорную башню. Город лишился воды и электричества. Промышленным предприятиям был нанесен урон более чем на 12 миллионов рублей. Большой ущерб понесло сельское хозяйство, В районе оккупанты разрушили 273 общественные постройки, 717 жилых домов, много школ, сильно пострадали лечебные и детские учреждения. Было отобрано более тысячи лошадей, пятьсот коров, две тысячи овец,; несколько тысяч домашних птиц. Оккупанты уничтожили и увезли 12500 центнеров зерна, 1300 центнеров картофеля, Иного кормов.
Гитлеровские разбойники зверски замучили и расстреляли свыше 160 советских людей, в том числе всю семью Ситниковых. Шесть ран было на теле трехлетнего мальчика, которого убийцы кололи штыком даже после его смерти Фашисты сожгли всю деревню Уткино, а жителей, пытавшихся тушить пожары, расстреливали из автоматов. В Щёкино был расстрелян и Парторг Шахты №18 Н.Г. Царьков. В Огаревке повесили начальника участка, коммуниста Е.С, Русанова, на шахте №9 на высоковольтных опорах повесили отца и сына Воробьёвых, слесаря Юдина, на шахте №6 — помощника главного инженера Д П. Чадаева.
После ожесточенных боев 14 декабря 1941 года частями 10-й и 50-й армий под командованием генералов Ф.И, Голикова и И.В. Болдина во взаимодействии с другими частями Красной Армий и при поддержке партизан были освобождены Ясная Полина, а через три дня, 17 декабря — город Щёкино.
Вечернее сообщение Советского Информбюро От 17 декабря 1941 года гласило: "Войска Генерала Болдина, развивая наступление против немецких войск, завершили разгром 296-й пехотной дивизии и утром 17 декабря заняли город Щёкино. Нашими войсками захвачены большие трофеи. Только части К.П. Трубникова захватили 6 немецких самолетов, 35 танков, 4 орудия, 35 автомашин, 40 мотоциклов, десятки тысяч снарядов и много другого военного имущества".
В рядах воинов-освободителей сражались многие туляки и щекинцы. Был среди них и 16-летний Сергей Егоров из деревни Ясная Поляна. Прошел всю войну и другой наш земляк — шахтер из деревни Огаревка А.М. Филиппов.
За время оккупации район превратился в руины. Было разрушено 617 жилых домов, уничтожено 14 школ со всем имуществом, а 22 школы частично. В городе Щёкино фашисты разрушили все промышленные предприятия, поликлинику, родильный дом, здания детских садов и яслей, клуб, баню, прачечную, типографию, магазины, железнодорожную станцию и водонапорную башню... Опустошительному разгрому подверглись шахты, где все подземные здания и сооружения были превращены в груды развалин. Топливная проблема обострилась до крайности.
Но это была не единственная трагедия, связанная с шахтами. Они стали могилами для множества людей, отдавшим шахтам всю свою энергию и умения: на шахте № 6 был повешен пом. главного инженера Д.П. Чадаев, на шахте № 9 – слесарь Юдин, на шахте № 18 фашисты расстреляли парторга шахты Н.Г. Царькова и всю семью Ситниковых. На теле трёхлетнего мальчика было шесть ран: убийцы кололи штыком уже мёртвое тело. В Огарёвке повесили начальника участка Е.С. Русанова. Несколько десятков военнопленных фашисты живыми сбросили в шурф шахты № 5 у пос. Старая Огарёвка.
Немцы надругались над памятью Л.Н. Толстого. Ворвавшись в Ясную Поляну 29 октября 1941 года, они устроили в доме великого писателя казарму. Жгли, уничтожали книги, мебель, картины. В спальне открыли казино, в одной из комнат – сапожную мастерскую. Оккупанты расхищали всё, что попадалось под руку. Гитлеровцы осквернили могилу Льва Николаевича, захоронив рядом сотни своих солдат. При отступлении они подожгли усадьбу.
Молодые, 1905 – 1918 годов рождения, полные сил и планов на будущее парни и мужчины сразу же подали заявления с просьбой послать их на фронт в качестве добровольца. В первый же день войны было мобилизовано 532 человека. От мужчин не отставали и девушки, которые, не испугавшись тяжёлой работы, пошли на трудовой фронт: строить противотанковые рвы, окопы, доты, блиндажи в Чернском районе, по линиям Белёв – Лихвин – Калуга, Житово – Щёкино – Павшино, Ясенки – Ясная Поляна. В Щёкине, Крапивне, во всех сельсоветах и посёлках создавались посты воздушного наблюдения. «Бойцы невидимого фронта» – пенсионеры, дети, домохозяйки – учились тушить зажигательные бомбы, защищать свои жилища.
Самоотверженность и отвага наших войск, истребительных батальонов и отрядов народного ополчения достойны поклонения. Однако для того, чтобы противостоять мощному натиску, их оказалось недостаточно. Ведь Тула интересовала фашистов и как удобный пункт для дальнейшего развёртывания наступления на Москву, и как крупнейший промышленный центр. Поэтому немецкие войска стягивались к областному центру с трёх сторон: одна из группировок наступала на Белёв, вторая – на Калугу. Главная же ударная группировка двигалась именно через Щёкино, и её готовность к боевым действиям была несопоставима с нашими силами: здесь было сосредоточено более трёхсот танков, до двух дивизий морпехоты и большое количество авиации. Началось отступление, а затем и эвакуация населения, предприятий и колхозного имущества, которой руководил П.Т. Матюшин, первый секретарь райкома партии с 1940 года.
Положение нашей армии было критическим: полковник Эбербах вёл на Тулу танковый авангард и пехотный полк СС «Великая Германия», по численности едва ли не равный русской дивизии, со стороны Одоева на Крапивну наступали части 53-го немецкого пехотного корпуса. И вот, чтобы прикрыть Тулу хотя бы со стороны Мценска, в район Щёкино и Ясной Поляны по железной дороге из-под Белёва были срочно переброшены подразделения 290-й стрелковой дивизии. Но и полки этой дивизии были обескровлены в предыдущих схватках с врагом: не было ни артиллерии, ни пулемётов, ни гранат, не хватало винтовок и патронов, средств связи...
26 октября в сторону Плавска был направлен 108-й мотострелковый полк. Он и принял на себя мощный удар противника уже через два дня. Произошло это на северной окраине Плавска. Сражение началось с атаки немцев, но она была отражена. Началась бомбёжка позиций полка. Потом последовала танковая атака, которая тоже не увенчалась успехом.
Просёлочными дорогами фашисты обошли полк и устремились в Щёкино. Командарм усилил 290-ю стрелковую дивизию запасным стрелковым полком, который занял оборону юго-восточнее города Щёкино. Кроме того, дивизия была усилена артиллерийским дивизионом 227-го полка. Но этого было крайне мало, чтобы задержать танковые дивизии врага.
28 октября 1941 года в Тулу была передана по телефону тревожная весть. Звонил электромонтёр И.В. Воронин, который сообщил, что в г. Щёкино вошли немцы. Щёкинская электрическая подстанция оказалась на оккупированной территории и была немедленно отключена от электросети, и только то, что Воронин остался на вражеской территории, позволило ему сообщить в Тулу о том, что дело плохо. Под натиском танков Гудериана наши части оставили город Щёкино. При отступлении на шахтах района были взорваны машинные отделения, а на заводах выведено из строя оборудование. В городе рвались мины и снаряды, росло число убитых и раненых.
На следующий день, 29 октября, позиции 290-й дивизии, окопавшейся на рубеже южнее Ясной Поляны, подверглись мощному артиллерийскому и авиационному удару, а потом на них пошли моторизованные части немцев. Дивизия отразила натиск врага. Последовал новый бомбовый удар, и на позиции дивизии двинулись танки.
Но в это время выходящие из окружения две батареи 702-го противотанкового артиллерийского полка прямой наводкой открыли огонь по вражеским танкам, которые, потеряв 4 боевые машины, отошли. После нового авиационного налёта немецкие танковые части прорвали нашу оборону и заняли Ясную Поляну.
12 декабря 1941 г. 32-й танковой бригаде с приданным ей 124-м танковым полком командованием 50-й армии была поставлена задача освободить Ясную Поляну и затем наступать на Щёкино. Это был первый шаг к освобождению Щёкинского района от оккупантов. Однако ещё раньше та же 32-я танковая бригада вместе с нашими частями 217-й стрелковой дивизии в составе первого эшелона начали наступление с севера на укреплённый узел.
Что же это был за узел? Под нейтральным и привычным словом скрывалась страшная машина, созданная фашистами для человеческого уничтожения: огромное количество дотов, дзотов, пулемётных гнёзд, минных полей, надолбов... Смертоносный узел находился под самым боком – в Ясной Поляне. А сам город Щёкино стал центром сбора фашистов: преследуемые нашими войсками, они стекались из-под Богородицка и Узловой на шоссе Тула – Орёл.
Всё это были последствия Тульской наступательной операции против немецких частей, проведённой в декабре 1941 года войсками Западного фронта. С освобождением Щёкино оказались связаны крупнейшие полководцы: во главе войск Западного фронта стоял легендарный Г.К. Жуков. Противостояли также серьёзные противники: немецкая 4-я полевая и 2-я танковая армии под командованием генерала-фельдмаршала Ф. Бока и генерала-полковника Г. Гудериана.
Дорогу в лесу, не занятую фашистами, показали 32-й танковой бригаде, двигавшейся из Тулы к Ясной Поляне, колхозник А.С. Никишкин и школьник Миша Панов. Но на одной из лесных полян разведка обнаружила около кавалерийского эскадрона немцев, которые грелись у костров. В атаку сразу бросился мотострелковый батальон под командой майора П.А. Михайлова и уничтожил гитлеровцев за полчаса. Выйдя к Ясной Поляне, наши танки совместно с 740-м полком 217-й стрелковой дивизии 14 декабря 1941 года нанесли удар по деревне с запада, юга и востока.
14 декабря, отступая из Ясной Поляны, фашисты, намереваясь скрыть следы своих чудовищных надругательств над величайшим культурно-историческим памятником, подожгли дом Толстого. Усилиями работников музея пожар удалось потушить. Сгорели комнаты, в которых помещались библиотека и спальня Л. Н. Толстого.
17 декабря группа научных работников и рабочих музея-усадьбы Л. Н. Толстого, а также местные колхозники и учителя составили акт о чудовищных преступлениях гитлеровских негодяев, надругавшихся над памятью Л. Н. Толстого. В акте отмечается, что с первого же дня своего прихода в Ясную Поляну немцы приступили к плановому разрушению музея-усадьбы. Фашисты расхитили почти все экспонаты литературного музея, устроили в доме Толстого казарму для офицеров и их денщиков. Все шкафы, в которых прежде хранились архивы, разбиты. Личные вещи Л. Н. Толстого сожжены в печах. Фашисты разломали и выбросили соху, которой пахал Толстой. Они покрыли порнографическими рисунками стены музея, превратили знаменитую комнату со сводами, в которой создавалась "Война и мир", в грязный хлев. В комнатах писателя гитлеровцы открыли сапожную мастерскую.
очерк Алексея Толстого
26 декабря 1941 года
16 декабря, при общем отступлении, немцы, бежавшие из Ясной Поляны, разрушили дом Льва Толстого и подожгли его. При Советской власти усадьба и дом Льва Толстого стали музеем, где все до мелочей сохранялось в том виде, как было при жизни писателя. Святилищем в этом доме была небольшая угловая комната с голыми штукатуренными стенами, сводчатым потолком и окошком, затемненным ветвями,- аскетическое и суровое, как все отношение к себе и своему творчеству Льва Николаевича. Сидя на низеньком стуле за неудобным столиком, он работал здесь, маленький, с морщинистым бородатым лицом, с седыми бровями, нависшими над непримиримым блестящим от старой молодости, холодным взглядом его серых глаз. В комнате не было ни произведений искусства, ни скульптуры, ни картин, ни ковров. В углу - садовые инструменты, да несколько уздечек висело на стенах, да на подоконнике бумажка с сухими семенами, да шкаф с книгами. Здесь расправлял крылья его гений, для которого был тесен самый мир, с неправдой, ложью и беззаконием - несправедливого закона. Здесь его юношески пылкое сердце билось любовью к прекрасному, человеческому,- чему он посвящал свои вдохновенные строки. Здесь его совесть негодовала на несправедливость и диктовала пламенно обличительные слова; здесь рождались страницы, над которыми мы смеялись и плакали и учились быть лучше, чем мы были.
Здесь же стояла причуда его русской совести - крестьянская соха, за которой - в поле, в ветреный день - его увековечил великий художник Репин.
Все это разрушено, растоптано, разорвано, сожжено солдатами Гитлера. На штукатуренных стенах они, уходя, оставили на память человечеству порнографические рисунки.
Солдатам Гитлера нечего оправдываться невежеством,- каждый немец знает, кто такой Лев Толстой. Осквернение и разрушение Ясной Поляны сделано солдатами Гитлера сознательно. Они лишь послушные исполнители основной политической установки Гитлера: уничтожать, стирать с лица земли вся кую национальную культуру, чтобы человечество стало "не помнящим родства", чтобы не осталось в порабощенном фашистами мире иных заповедей, кроме полевой книжки Гитлера "Моя борьба".
Немцы сознательно разрушали старинные кварталы и архитектурные ансамбли английских городов; они сознательно превращали в щебень дивные памятники Ленинграда и Варшавы; уходя из Святых гор, они осквернили могилу Пушкина; они взорвали редчайший архитектурный памятник русского зодчества XII века Святую Софию в Новгороде; они разрушили петергофские фонтаны - одно из самых восхитительных произведений позднего барокко; всюду, где прошли немцы, уничтожены культурные ценности, взорваны университеты, театры, вырублены прекрасные парки. Если в руки гитлеровским солдатам попадались ученые, люди искусства, они их с особенным вкусом расстреливали или швыряли в концлагерь на голодную смерть.
Рядом с чудовищным списком пленных красноармейцев, погибших от мучительных, изощренных пыток, зарезанных, запытанных, повешенных, изнасилованных девушек, женщин и детей растет список дикого разрушения, осквернения культурных ценностей и национальных святынь.
Мы отказываемся измерять воображением глубину нравственного падения солдат Гитлера. Это не варвары, ибо варвары не виноваты в том, что еще не поднялись на ступень цивилизации. Не оскорбляйте варваров, называя этим именем солдат Гитлера. Не обижайте природу, называя дикими зверями солдат Гитлера. Они просто - падшая сволочь.
Гитлер - глава шайки международных гангстеров - обработал и воспитал миллионы немцев так же, как в школе воров воспитывают жуликов и громил, но лишь в более широком масштабе; он проштемпелевал их души каленым тавром свастики и великолепно организовал для порабощения и ограбления народов обоих полушарий.
Мы после разберемся в том, каким образом была дана возможность осуществления этого небывалого в истории заговора. Сейчас задача всех цивилизованных и свободных народов- спасти цивилизацию и свободу, спасти гуманитарную культуру, над которой потрудилось столько поколений. И во имя торжества нравственности, торжества гуманитарной культуры, торжества национальных свобод всех стран и народов, без колебаний и без пощады,- истребить эти миллионные армии свирепых гангстеров, ибо они пали так низко, что у них нет права просить о снисхождении.
Адольф Шикльгрубер, называемый Гитлером, в начале своей карьеры был неудавшимся художником. Нам неизвестны альбомы с его рисунками, но мы можем определить их стиль, рассматривая стены рабочего кабинета Льва Толстого после того, как там побывали немцы. Наш исторический долг - отрубить руки у этого неудавшегося художника, который осквернил порнографическими рисунками храм нашего национального искусства.
Лев Толстой верил в победу добра в нашей жизни. Мы стоим на той же точке зрения, мы лишь уверены, что добро не пассивно, но воинственно, и что высокие задачи устроения добра воодушевляют наши красные армии в наступление, и они не остановятся и не опустят оружия, покуда задача не будет выполнена до конца.
В усадьбе немедленно начались восстановительные работы. Первая реставрация была завершена к маю 1942 г. В мае 1945 г. экспонаты дома Толстого вернулись на свои прежние места. Но восстановление Ясной Поляны продолжалось еще долгое время.
В 1951 г. была проведена серьезная реставрация дома Толстого; был восстановлен яблоневый сад, вымерзший во время войны, по воспоминаниям жителей деревни и фотографиям - реконструированы хозяйственные постройки (кучерская изба, житня). В 1953 г. на реставрационные работы в музее было выделено 6 млн. рублей.