Сердце России.

оздание фототипий к печатному изданию Описи в 1884 г. было поручено свободному художнику, «фотографу его императорского высочества князя Константина Николаевича и их величеств Королей Шведского и Итальянского», фотографу-художнику Артистического кружка Михаилу Михайловичу Панову. Выходца из купеческой семьи приобщил к занятиям фотографией знаменитый фотограф М.Б. Тулинов, а прославленный художник И.Н. Крамской помогал ему готовиться к поступлению в Академию художеств. Крамской, Тулинов и Панов были земляками, все они родом из Воронежской губернии, и сохранили дружбу на всю жизнь. Панов несколько лет работал ретушером, сначала у Тулинова, затем в Петербурге, у фотографа И.Ф. Александровского. Еще будучи студентом Петербургской Академии художеств, к поступлению в которую ему И.Н. Крамской, в декабре 1864 г. Панов приобрел в Москве фотостудию «Париж», находившуюся в доме Раевской напротив Столешникова переулка. Впоследствии он несколько раз менял адреса в Москве, открыл «филиал» на собственной даче в Сокольниках, а в начале 1880-х гг. завел и свою фототипию. В это время фотоателье располагалось в доме Московского Кредитного общества на Петровке.

К моменту издания Описи 1884 г. Панов уже неоднократно проводил съемки в Кремле, в том числе и вещей Оружейной палаты. Между 1872 - 1882 гг. в его фотоателье был создан альбом большеформатных фотографий «Внутренние виды зал Большого Кремлевского дворца, теремов и Успенского собора в Москве», включавший в себя виды Серебряного и Оружейного залов кремлевского придворного музея. Семь фотографий этого альбома в числе других снимков Панова воспроизведены в виде фотогравюр в книге М. Фабрициуса «Кремль в Москве», изданной в 1883 г.

Второго октября 1884 г. Панов дает собственноручную подписку о принятии заказа на изготовление фотографических рисунков к Описи, где оговаривалось их число, цена, порядок оплаты и срок заказа. Спустя три недели, 25 октября 1884 г. после Высочайшего соизволения на издание фотогравюр с вещей, хранящихся в Московской Оружейной палате и утверждения их производства за Пановым, в дополнении подписки он обязался «точно и беспрекословно» исполнять еще ряд условий.

Согласно этим условиям, перед изготовлением собственно фотогравюры фотограф предоставлял на утверждение директора Палаты негатив и его отпечаток «в виде корректуры». В архиве Музея сохранилось 274 таких фотоотпечатка-корректуры, из них 23 не были включены в издание. На полях бланков большинства этих фотографий - резолюции и пометы директора Палаты А.А. Талызина и его помощника Г.Д. Филимонова с датами. Согласно условиям, Панов должен был представить негатив с фотоотпечатком для корректуры в течение пяти дней после съемки. Судя по датам резолюций, первые негативы с вещей Оружейной палаты были выполнены не позже января 1885 г., и съемка шла более полугода: последняя дата утверждения в печать в этом году - 23 сентября. В числе первых в январе 1885 г. были утверждены в печать фотографии ряда вещей, представленных в первом томе Описи: регалии, вещи из царской образной. В конце апреля - начале мая, наряду с ними началась съемка западноевропейского серебра, раковинных кубков, изделий из горного хрусталя, кости, стекла. К концу мая Панов приступил к фотографированию оружия, в июне большую часть снятых вещей составляли предметы Конюшенной казны, ткани и одежды. Ряд вещей были пересняты в 1887 г., о чем подробнее будет сказано ниже. Итак, первые негативы с вещей Оружейной палаты были сняты не позже января 1885 г., однако собственно изготовление фототипий началось не ранее мая того года, когда была доставлена бумага для отпечатки фотогравюр.

К 20 июня 1885 г. Панов исполняет и предоставляет в Оружейную палату 6000 «рисунков фотогравюр» вещей Оружейной палаты (так в этих документах назывались фототипии), 11 июля - 13000 рисунков, 29 июля - еще 16000 рисунков, 2 сентября - 12000, 7 октября - 10000, 17 числа того же месяца - 21000. Таким образом, к середине октября, то есть год спустя заключения условий, согласно известным нам документам, Пановым были представлены 78000 фототипий вещей Оружейной палаты, при этом отмечалось, что «работа им исполнена с большим успехом и вполне удовлетворительно». Со всех сумм, предназначенных к оплате, удерживалось, согласно условиям, 10 %, например, стоимость первой партии фотогравюр составляла 240 руб., выплачено же было 216 руб.

Документы по последующим поступлениям еще не выявлены, но известен итог работы: 500 фототипических таблиц, на которых были представлено 2373 экспоната, в том числе и в палатах бояр Романовых (в Опись к тому времени было включено менее 9500).

Со временем создания фотографических таблиц Описи Оружейной палаты связано и трагическое событие в жизни Михаила Михайловича Панова. В сентябре 1887 г. в его фотомастерской по не установленной причине произошел пожар. Вследствие гибели негативов мастер не выставлял своих работ на Всероссийской фотографической выставке в Историческом музее в 1889 г., что было замечено прессой, при этом упоминались и фототипии собрания Оружейной палаты. Так, газета «Московский листок» писала: «Почему отсутствуют, например, г-н Конарский и г-н Панов, когда фотографии последнего хорошо известны Москве и Петербургу, а фототипии собственной мастерской смело конкурируют с Веной и Парижем? Нам лично не раз приходилось видеть у Панова блестящие альбомы фототипий Оружейной палаты, Большого дворца, теремов, снимки с замечательных картин русских художников и превосходные портреты выдающихся деятелей и писателей»

М.М. Панов работал в разных жанрах, но в историю фотографии он вошел в первую очередь как создатель прекрасной портретной галереи своих современников, как мастер психологического портрета. В литературе особо выделяются портреты И.С. Тургенева, Ф.М. Достоевского, П.И. Чайковского, художников-передвижников, выполненные в его фотоателье. В его фотопортрете Ф.М. Достоевского Крамской отмечал в качестве «громадной ценности» - «выражение, духовное сходство, как будто это был настоящий портрет из руки художника, а не механический оттиск» . Кстати, в 1880 г. Панов предлагал Московской Дворцовой Конторе безвозмездную съемку фотографических карточек с придворных служителей Большого Кремлевского дворца, «желая посильно служить высокому делу охраны Его Величества». Но собрание Музеев Московского Кремля освещает масштабность другой стороны деятельности фотоателье М.М. Панова - съемки предметов искусства, видов и интерьеров, фотофиксации реставраций. Фотоателье, включавшее в себя и «фотолитографическое заведение», такого масштаба, как у Панова, было в те времена солидным предприятием с немалым числом работающих и служащих во всех этапах производства: это и съемка, и проявление негативов, и печать фотографий и фотогравюр. Фактически невозможно установить, какие вещи в Оружейной палате мог снимать сам Панов, а какие - фотографы его фотомастерской.

Пятьсот фототипических таблиц, выполненных в фотолитографии Панова, были самым грандиозным фотокаталогом собрания Палаты в XIX - начале XX столетий.