НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Categories:

Сталинград 1943-го по воспоминаниям и рисункам Шпильчина

marina_klimkova Сталинград 1943-го по воспоминаниям и рисункам Шпильчина

Мне посчастливилось дружить со старейшим тамбовским коллекционером, художником-оформителем и просто хорошим человеком Владимиром Георгиевичем Шпильчиным (24 декабря 1923 – 26 мая 2006). В последнее десятилетие своей жизни он приезжал к нам домой, в гости, каждую неделю, а иногда и чаще, став фактически одним из самых близких людей. У меня тогда возникла идея записать на диктофон его воспоминания о жизни, о Тамбове, людях и городских традициях, о поездках по стране и за рубеж. Материал стал подбираться такой интересный, что я решила придать ему форму рассказов, введя в контекст истории ХХ века с привлечением дополнительных культурологических источников. Постепенно рассказы стали накапливаться и превращаться в книгу.

В.Г. Шпильчин. Сталинград. Мамаев курган. Акварель. 1943
В.Г. Шпильчин. Сталинград. Мамаев курган. Акварель. 1943    

Выборочные главы из этой книги я опубликовала в 2003–2004 годах циклом статей в газете «Город на Цне». Они готовились при участии самого Владимира Георгиевича, который  прочитывал и обсуждал подготовленные тексты, подбирал к ним фотографии. Иллюстративные материалы, которые приносил Шпильчин, нами переводились в электронный вид, редактировались и возвращались владельцу.  

Вторая часть книги была написана уже после смерти Шпильчина на основе диктофонных записей. Кроме того, в текст ранее опубликованных глав были внесены исправления, дополнения и комментарии.

Когда работа, как мне казалось, была окончена, я подала рукопись на рассмотрение издательского совета при управлении культуры и архивного дела Тамбовской области. Однако мое предложение было отклонено, а книга так и не была издана. Хотя кое-кто из лиц, входивших в тот совет, звонил мне и признавался, что прочитал рукопись «на одном дыхании», что ничего подобного он никогда не читал. Но после хвалебной речи следовали слова: «Но ведь Вы знаете, Шпильчин – неоднозначный человек и воспоминания у него очень субъективные…» Кто бы спорил! Любые воспоминания носят субъективный характер, но именно из жизни разных людей и складывается  история. Разве нет?    

Впрочем, о Владимире Георгиевиче я расскажу подробнее в другой раз, а сегодня хочу записать здесь маленький фрагмент из книги – о Сталинграде.

В.Г. Шпильчин. Фото на удостоверение. 1943
В.Г. Шпильчин. Фото на удостоверение. 1943      

Весна 1943 года выдалась в Тамбове ранней и тёплой. В первых числах мая Шпильчин имел неосторожность искупаться в реке и заболеть малярией. Именно в то время ему пришла повестка на строительные работы – в трудовую армию. В составе специальной команды, состоявшей из женщин и одного мужчины-цыгана, двадцатилетний Владимир попал в Сталинград, где несколькими месяцами ранее произошёл разгром немецких войск. Он рассказывал о своих впечатлениях:  

«В Сталинграде дышать было нечем от трупного запаха. На земле валялись лошадиные гривы и хвосты, кошачьи шкурки – свидетели страшного голода. По улицам почему-то бродил верблюд. Стены домов, на чём только держались: дома стояли, словно балерины, на одной «ножке»! Все дворы центральной части города были засыпаны немецкой документацией вперемешку с навозом. Всё источало ужасные запахи!  

В.Г. Шпильчин. Дом в Сталинграде. Рисунок 1943 г.
В.Г. Шпильчин. Дом в Сталинграде. Рисунок 1943 г.  


Расквартировали нас у подножия Мамаева кургана. Жара, лето, а у меня через день поднимается температура – болею. Остаюсь дежурным по палатке. Пить хочется, но негде. Идёшь к Волге: весь берег усыпан костями, вода с человеческими волосами. Сверху, с обрыва, немцы расстреливали тех, кто штурмовал откос. А поэтому все откосы были изрыты ямами, словно стрижи гнезда наделали – наши воины окапывались. Я отмерил квадратный метр и решил провести эксперимент: сколько на нём наберу металлических предметов? Насчитал около 80-ти пуль и осколков. Ужас!  

Я продолжал болеть. И тогда нас, самых никудышных работников, повезли на станцию Бекетовка, южнее Сталинграда. И вот что удивительно: Сталинград весь был разрушен, его практически не стало, а Бекетовка была цела и невредима – ни стёклышка в домах не выбито! Всё расстояние мы ехали на поезде как по туннелю. Дело в том, что в это место были свезены останки самолетов. Горы нагромождены были металлолома: и с советскими звёздами, и с немецкими крестами. В Бекетовке по состоянию здоровья я получил вольную и поехал домой».

В.Г. Шпильчин. Сталинград. Танк. Акварель. 1943
В.Г. Шпильчин. Сталинград. Танк. Акварель. 1943  

Вернувшись в Тамбов, Владимир Георгиевич пошёл в военкомат, где его встретили не очень приветливо. Комиссар, не дав юноше опомниться и доложить о сути дела, пригрозил расстрелом за дезертирство. Шпильчин устроился работать на военный пороховой завод № 204 в город Котовск. Через три дня ему пришла повестка на медицинскую комиссию, которую он прошёл, подтвердив заключение о непригодности к военной службе, и получил «белый» билет.    

Tags: Великая Отечественная война, Тамбов и Тамбовская область, Царицын/Сталинград/Волгоград и область, графика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments