НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Category:

МЕРЖАНОВУ - 90! У Вас осталось 2,5 часа. Фестиваль в ЧЕСТЬ МАСТЕРА.

15 августа
Виктору Карповичу Мержанову, Народному артисту СССР, фронтовику,
ДЕЙСТВУЮЩЕМУ великому российскому пианисту и педагогу исполнилось 90 лет!


14 сентября. Малый зал консерватории
Концерт пианистов – воспитанников В. К. Мержанова

Заслуженная артистка Армении
Анаит Нерсесян (Армения),
Заслуженная артистка России
Наталия Деева (Россия)
Божена Мачуевска (Польша)
Борис Левантович (Германия)
Анне Хадзисимеониду (Греция)
Михаил Марков (Нидерланды)
Лауреат международных конкурсов
Юрий Диденко (Россия)
Мария Паршина (Россия)

Вступительное словоАлексей Кандинский-Рыбников


17 сентября. Малый зал консерватории
Концерт педагогов кафедры специального фортепиано профессора В. К. Мержанова

Народный артист России, профессор
Юрий Слесарев
лауреаты международных конкурсов:
профессор
Михаил Оленев
Юрий Диденко
Александр Малкус
Михаил Лидский
Александр Вершинин
Мария Дубровкина
Андрей Шибко
Вячеслав Грязнов

В концерте принимают участие
Татьяна Шебанова, Станислав Джевецки (фортепиано)
Марлена Мош (сопрано)

Вступительное словоА. С. Соколов


25 сентября. Большой зал консерватории
Абонемент № 2. Фортепианные вечера (сезона 2008-2009 гг.)

Симфонический оркестр Министерства обороны РФ
Дирижер – Валерий Халилов
Камерный оркестр Государственного академического Малого театра России
Дирижер – Владимир Сёмкин

Солисты:
Лауреаты международных конкурсов
Цчида Садакацу, Хидео Харада, Михаил Рыба
Заслуженная артистка России, профессор
Наталия Деева




Начало концертов в 19.00.
Билеты продаются
в кассах №№ 3, 4 Большого зала консерватории.



НО НЕ ЭТО - ГЛАВНОЕ.

Наконец-то собраны ИНТЕРВЬЮ Виктора Карповича. Как известно, Великие артисты ТОГО поколения разговаривали и разговаривают только своим Искусством. Поэтому найти "слова" каждого из них - чрезвычайная удача.
Читать их - одно удовольствие! Глоток свежего воздуха (уж извините за штамп) в нынешнем бурном жёлтом потоке лжи, самоопыления и самовосхваления.
И не просто собраны - но и выпущены в печать! Спасибо m_lidsky !
Кроме всего прочего впервые опубликованы статьи о Мержанове.
Счастливых обладателей небольшой книжечки (в которых есть и уникальные фотографии Маэстро) может быть всего 450 (!) человек (вот такой тираж - позор Министерству культуры и за то, что не соизволило поздравить и что палец о палец не ударило, да только ли в этом случае, знаем мы)

Цена экземпляра - символическая и скромная, как скромны и прекрасны мы, истинные ценители Музыки и вообще нормальные люди.
Всего 150 рублей. Приобрести можно на концертах, на которые идти надо безо всяких вопросов и размышлений.

А теперь ФРАГМЕНТ бесед Виктора Карповича с Арамом Гущяном и редчайшая фотография со Святославом Рихтером.






Студенты Московской Консерватории Святослав Рихтер, Владимир Чайковский, Виктор Мержанов

– А чем является для вас слово «интерпретатор»?
– Интерпретатор – тот, кто глубоко постигает авторский замысел. Если я говорю «исполнитель», это не означает, что уничтожается индивидуальность. До</strong>пустим, у автора написано forte. Я буду играть одно forte, а вы, может быть, будете играть большее forte, но идея forte не исказится. А вот если вместо forte играть piano – это уже есть искажение идеи. Сколько я слушал 1-ю балладу Шопена – там перед кодой есть восхождение на forte, к кульминации ! А делают уход на piano. Это очень плохой вкус.
Если у автора написано ritardando – это громадный источник разнообразного трактования. Я сделаю, может быть, ritardando небольшое, а вы будете делать гораздо больше. То же можно сказать о crescendo. И так далее. Колоссальную роль играют паузы – может быть, даже большую, чем ноты. Потому что паузы – это то, что приближает игру к разговорной речи. Мой девиз в классе: «Музыка должна разговаривать».
При очень внимательном отношении к авторским указаниям воссоздаются истинный облик и истинное содержание произведения. Высокодуховного произведения, потому что речь идет о людях, писавших музыку не для развлечений, не для танцев, не для ресторанов, а музыку, которая помогает человеку осмыслить его существование. Строгое прочтение замечательных классиков (которых не так уж много – каждый музыкант может иметь их в репертуаре) помогает познать и человеческую сущность, и сущность природы… Если мы все объединимся в служении автору, будет воссоздана картина подлинной духовности сочинений, которые мы играем.
Могу привести такой пример: Рахманинов, g-moll’ная прелюдия. Ведь это играют как…
– Фокстрот.
– …к
ак быструю веселую полечку… А ведь если послушать исполнение самого Рахманинова – это что-то грозное, очень страшное. Но такова нынешняя тенденция: поставить музыку на службу поверхностному развлечению, увеселению людей…
Иногда кажется, что близко к этому стоит Горовиц.
Я отношусь с большим уважением к этому великому мастеру фортепиано. Но очень осторожно могу все-таки сказать, что иногда вкус ему изменял. И именно в сторону внешнего. Но это не отрицает его значение как пианиста. Известны высказывания Рахманинова о Горовице… И Горовиц искал дружбы с Рахманиновым. Общение с ним было Горовицу, конечно, полезно .
– Говорят, Рахманинов ставил его выше себя. И даже иногда завидовал ему.
Рахманинов был скромен, не любил говорить о себе. Он вполне мог искренне сказать, что восхищается техническим совершенством игры Горовица.
Кстати говоря, Ростропович, когда давал у нас мастер-класс, рассказывал такую историю . Был период, когда Горовиц перестал играть. Ростропович спросил его почему. И Горовиц в ответ: «А для кого играть?!» Он очень отрицательно относился к американской публике, к их критике, которая не поняла 8-ю сонату Прокофьева в его исполнении… Горовиц будто бы сказал, что, когда будет публика посерьезней, тогда можно будет и играть. Это говорит о его высокой требовательности.
– Как вы считаете, нынешнее состояние нашей культуры зависит больше от публики или от артистов?
Конечно от артистов зависит. Публика… Как вам сказать…
Вот ведь в чем дело: придет толпа в семьсот человек, которые кроме джаза ничего никогда не слышали, – или придут десять человек высококультурных. Конечно, люди культурные, образованные играют большую роль. Если мы возьмем Россию нашу грешную, то в России состав населения был очень необычный. Очень большой был процент крестьянства: назвать этих людей культурными нельзя, но назвать их невосприимчивыми к культуре тоже нельзя – это были обыкновенные здоровые люди, которые просто не получили образования. И была интеллигенция, совершенно поразительная. Вот она и сыграла роль колоссальную: она создала русскую культуру (используя народное творчество, конечно).
Ценность того, что происходит в области культуры, зависит от артиста, а не от публики. Публика приходит учиться, а не диктовать свои требования. Артисту, который что-то делает в угоду публике, грош цена. В этом смысле очень показателен Гилельс: он никогда не играл для публики. Он играл для автора. Публика – это часть населения, которая воспитывается. А артисты, конечно же, воспитатели, в первую очередь. А для чего надо воспитывать человека? Для того же, для чего нужно образование, для чего нужны книги… Это все имеет одну цель: служить человеку, чтобы сделать из человека не животное, а существо, проникнутое гуманизмом, которое может менять жизнь к лучшему.
А если на искусство смотреть только как на развлечение… Сейчас это и происходит – вот мы и имеем дело с ростом терроризма: теракты чуть ли не каждый день; значит, для людей ничего святого нет. Как бороться с этим? Бороться так: слушать как можно чаще замечательные сочинения – и не искаженные, а так, как они созданы автором. Это является лучшим лекарством против пошлости, цинизма, примитива, с которыми мы сталкиваемся, в особенности смотря телевизор: часто хочется немедленно его выключить. Сейчас на телевидении превалирует именно развлекательная сторона искусства. Развлекательные передачи... Сидят улыбающиеся люди, а с эстрады несутся пошлые остроты. Честь и хвала каналу «Культура»: они все-таки пытаются удержать ускользающее – я им очень благодарен. Но – только они. Поэтому возникает ощущение ухода от чего-то очень высокого к чему-то гораздо более низменному.
Я с уважением отношусь ко всем странам, к людям всех национальностей (естественно, я горжусь культурой, которую создала страна, где я родился). Но не могу не сказать критических слов в адрес Соединенных Штатов Америки. Я там был два раза. Играл несколько концертов. Я встретился с публикой, которую, мягко говоря, нельзя назвать очень просвещенной. Американская культура создавалась при помощи людей, приглашенных из Европы. Америка все покупает, там, в какой-то мере, культ денег. И в разговорах так много уделяется внимания материальному благополучию, деньгам… Конечно, деньги нужны, чтобы жить. Но это не должно быть решающим фактором.
Мне кажется, сейчас у нас ощущается влияние американского направления в культуре. Мы буквально в каждом квартале видим банки, рестораны, казино, кафе, рекламу на каждом шагу – как в Нью-Йорке.
Насчет рекламы хочу рассказать такую историю. Одну очень известную писательницу пригласили друзья в Лондон. Она поехала. Сразу пошла гулять по городу – один день, второй, третий… Потом говорит: «Я с удовольствием гуляла по Лондону, любовалась архитектурой, но мне в каждом квартале лезла в глаза реклама какого-то литературного произведения – мол, это гениальное произведение, и его обязательно нужно прочесть. Я не выдержала и купила эту книжку. Прочла – большего примитива никогда не читала!»
– Поэтому оно и нуждается в рекламе…
– …
Ее друзья рассмеялись: «Какой же вы наивный человек – кто же будет рекламировать истинно великое? Это не нуждается в рекламе».
И вот сейчас у нас происходит то же самое. Потому что если мы будем слушать советы по телевидению, когда рекомендуются, например, лекарства… Это, скажем, очень спорно.
…Увлечение деньгами, рекламой. В искусстве я бы уподобил этому увлечение повышенными темпами, повышенной громкостью, напором


Из интервью 2003 года

— Вы, как председатель Рахманиновского общества и старейший педагог кафедры специального фортепиано Московской консерватории, стоите у истоков Международного конкурса пианистов имени Сергея Рахманинова. Как известно, в прошлый раз победил Садакацу Цчида — исполнитель из Японии. В этом есть определенный парадокс...

— В
конкурсе принимали участие 25 музыкантов из девяти стран. Садакацу Цчида, выпускник Московской консерватории, получил первую премию. Садакацу — великолепный исполнитель и интереснейший человек. Он увлечен не только русской музыкой, но и всей русской культурой. Говорит он по-русски прекрасно, как мы с вами. Поскольку он у меня учился, я знаю его достаточно хорошо. Поразительный был с ним случай. После того как он окончил аспирантуру Московской консерватории, он пришел ко мне в класс — это было за полгода до конкурса Рахманинова — и сказал: «Виктор Карпович, я, к сожалению, расстаюсь с музыкой. Я принял православие, крестился и я хочу посвятить свою жизнь служению Русской православной церкви. Для этого я должен получить специальные знания, и я еду в Сергиев Посад поступать в Духовную академию». Что его подвигло на такой шаг? Наверно, очень серьезные размышления, глубочайшие раздумья... К счастью, пробыв в Лавре три месяца, Садакуцу вернулся в мир музыки. Женился на своей соотечественнице, которая приняла Святое крещение. Таким образом японец стал выразителем нашей школы не поверхностно, технически, но духовно, то есть сущностно. Садакацу играет Рахманинова так, как редко можно где-либо услышать. Поэтому, я считаю, он заслуженно получил первую премию.


Tags: Консерватория, Мержанов, Министерство культуры, Михаил Лидский, интервью, книги, концерт, фортепиано, юбилей
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments