February 10th, 2010

Закат над Кремлем

9 февраля 1984 умер Юрий Владимирович Андропов

На этот уровень готовности войска США не переводились ни до, ни после ноября 1983 года. К утру 7 ноября всё было готово для начала войны.

Однако на парад и демонстрацию 7 ноября 1983 года Андропов не явился. Это был шок для советского народа! С середины 20-х годов вожди партии и государства всегда стояли на трибунах, даже осенью 41-го. За три дня до смерти стоял на трибуне и Брежнев. Все знали, что Андропов лежит в ЦКБ, но то, что он появится на трибуне, были уверены и у Нас, и у Них.

ЦКБ не входила в зону поражения взрывом на Красной площади –устройство, тайно ввезённое в Москву через Прибалтику, было слишком маломощным. А если Андропов останется жив, то он организует такой ответный удар, что мало не покажется. Именно поэтому в самые последние минуты в штаб-квартире НАТО в бельгийском городе Монсе войну решили отложить.

Со смертью Андропова советское руководство стало усиленно пытаться нормализовать отношения с Америкой. В ноябре 1984 туда съездил Громыко. Там в Овальном кабинете Белого дома он беседовал с Рейганом. 13 января 1985 года Громыко провел еще одну встречу с госсекретарем Шульцем. А в марте 1985 возобновились переговоры в Женеве. Казалось, что все кончилось хорошо. Но удар нам вскоре был нанесен другим способом: в марте 1985 генеральным секретарем стал Горбачев.

Начало статьи здесь 
БЗК зимой

Так кем ты работаешь? - Композитором. - А, не хочешь, не говори...

Старая история, рассказанная  Дмитрием Дмитриевичем Шостаковичем, сейчас звучит иначе. КриминальноИ реагировать на это нужно, не разведя руками, а жёстко и честно 

ПРАВОСУДИЕ - ЛЕВОСУДИЕ

Так руководитель СК при Генпрокуратуре г-н Бастрыкин назвал Обязательным условием эффективной работы суда присяжных "высокий уровень правовой культуры и гражданской ответственности судей от народа". "Такой суд не может превращаться в бытовые посиделки, и вердикт присяжных не может выноситься только по принципу "кто больше понравился, прокурор или адвокат", "жалко подсудимого или нет", - заметил Александр Бастрыкин. "Подобные тенденции в 2008 2009 годах отчетливо проявились в Северо- Кавказском регионе. Вынесенные по некоторым делам вердикты присяжных не только вызвали серьезные сомнения в их объективности, но в некоторых случаях были явно не правосудными, - заявил глава СКП. - Даже при наличии прямых и очевидных улик, в связи с тем что коллегии присяжных заседателей формируются из местных жителей, представляющих несколько местных тейпов, в соответствии с местными обычаями, они нередко опасаются выносить обвинительный вердикт в отношении людей, лично им не причинивших вреда. В этой связи было бы целесообразно рассмотреть вопрос о введении моратория на функционирование института суда присяжных в Северо-Кавказском регионе до 2012 года". То есть оставить решение о вынесении виновности профессиональным судьям, убрав, де факто, соревновательность из судебного процесса.

Добавить к этому высказыванию распространенное убеждение судейского корпуса, сформулированное в одном из интервью госпожой Егоровой "у суда нет оснований не доверять милиции" и складывается идиллическая картина взаимодействия судебной власти и правоохранительных органов. Вот только народец мешает - должно быть доверять ему оснований нет.

Конечно, можно довести высказывания уважаемых представителей власти до абсурда, применив их к реальной жизни.

Инцидент произошел в Екатеринбурге неделю назад. 1 февраля 2010 года профессор кафедры специального фортепиано Уральской государственной консерватории Сергей Белоглазов возвращался домой из магазина "Монетка". На перекрестке улиц Щорса и Степана Разина музыканта остановил сотрудник милиции для проверки документов. Паспорта с собой у Сергея Белоглазова не оказалось. Тогда милиционер потребовал профессора пройти с ним до отделения для установления личности. Профессор отказался. Сотрудник милиции вызвал подкрепление. Музыкант в милицейскую машину садиться не захотел.
Тогда приехавшие милиционеры повалили его на землю и начали избивать.
"Я упал спиной на снег, а потом повернулся на бок, чтобы закрыться от ударов. Стали бить ногами по голове, приговаривая: "Никакой Нургалиев тебе не поможет, сука". А я думал ― почему Нургалиев? Может, потому что он велел сопротивляться агрессии милиции? В какой-то момент они спросили у меня: "Кто ты такой?" Я им ответил, что профессор консерватории. Они продолжили меня бить со словами: "Композитор ― значит, п....р, а таких мы мочим!" ― рассказал "Газете.Ru" Сергей Белоглазов.

Нет основания не доверять милиционерам? Нургалиев не поможет. Композиторов ЭТИ не любят. Понятно.

Избивать профессора легко и безопасно, это не приезжих ЗАЩИЩАТЬ от скинов (двое убиты в Москве за вчера). Удивительна и сама идея проверки документов и необходимости носить паспорт. Рабовладельческая ментальность. Пережиток тоталитаризма. Что проверяют? Не находимся ли мы в угоне? Прошли ли ТО? Подозревают? В чем? А как это соотносится с презумпцией невиновности?

Как мудро заметил Николай Злобин, "власть в России считает, что она и есть правосудие, не понимая, что ее задача это самое правосудие обеспечивать."