May 14th, 2009

Закат над Кремлем

Бездарные дома для бездарных людей. Уничтожение России через уничтожение Русской Культуры.


__

1. Осторожно трафик! 6, 83 МВ
2. Рекомендация: необходимо "отмотать" 8 мин 20 сек - преамбулу, не относящуюся к Беседе
Закат над Кремлем

Сергей Минаев о "Ледниковом периоде"

Включил Первый канал и узрел чертей высокодуховных танцоров на льду. Я не знаю имен и фамилий этих мастеров спорта, и мне неведомы их достижения. Допускаю, что они ОЧЕНЬ ЗНАЧИМЫ ДЛЯ ДЕРЖАВЫ.
Танцоры были одеты в костюмы военых лет, носили УЧАСТЛИВЫЕ ЛИЦА, и, скорее всего, призваны были олицетворять ДЕНЬ ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ. Это была их великая миссия. Это было их СОУЧАСТИЕ. Мастера спорта крупным планом ПЛАКАЛИ в рекламных анонсах "Ледникового Периода" или как оно там называется....
Мужчина в форме подбирал слова, сглатывая слезы...наконец, он откинул голову и изрек что-то вроде: Я ДАВНО ХОТЕЛ СДЕЛАТЬ ЭТО ДЛЯ ТЕХ, КТО ПРОШЕЛ ВОЙНУ( цитата не точная, но смысл верен). Что же сделал этот грандиозный чувак? Он станцевал...станцевал, видимо для 30 000 000 так и не родивших детей.Станцевал для сотен чудом еще живущих ветеранов. Станцевал, как бы отдавая долг...так что-ли получается?
Потом показали девушку, размазывающую тушь и лепечущую "лишь бы не было войны".... и все такое.
И вот, что я подумал, друзья мои. Если это прямой эфир, то вычеркните меня из френдов и забудьте все, что я пишу ниже. А если это КАК ОБЫЧНО, то...
...если это как обычно, то значит, что запись была сделана недели за две до 9 мая...и я поражаюсь мужеству этих парней и девиц, сумевших настроить себя на патриотичную ноту, за 14 дней до праздника. Держу кончиками пальцев их благородные и искренние слезы. Только что-то телевизионное подсказывает мне, что невозможно искренне плакать на записи. Потому что сначала "давайте еще дублик", потом "вот это еще раз на восьмую камеру скажи", потом "сейчас еще крупнячки пропишем" и всякое такое...профессиональное. И не бывает искренних слез "на восьмую"... не бывает благородной горечи в глазах, когда "ща кран отъедет"...это либо спонтанно, либо никак. А спонтанно все не плачут. Это уже "Аум Синреке" какое то получается.
И вот еще что. Про Парад Победы ясно, про бодрые новости понимаю. Но танцев "для тех, кто прошел войну" не пойму никогда. Это такое дичайшее фарисейство, что вспоминается классик - " благотворительные балы, это когда богатые танцуют в пользу бедных".
Ставьте фильмы про войну в 24-х часовой формат, показывайте документальное кино. ИХ МАЛО ОСТАЛОСЬ. Пускай хотя бы молодость вспомнят, и это будет достойное проявление Памяти.
А танцевать во имя погибших не надо. Унизительно это. Получается - что не скорбь, то шоу-бизнес... 

Знаете, смотрится, как профессиональные плакальщицы на турецких похоронах....

А в остальном, приятного просмотра. И члены жюри еще не раз благоговейно изрекут - "ребята особенно старались в этот день"..."особенно у Вити/Миши/Мани получилось раскрыть образ майора полковой разведки"....


Вспоминается только одно - ПАМЯТИ ПАВШИХ БУДЬТЕ ДОСТОЙНЫ....но у нас пока не получается....

Закат над Кремлем

Вчера отстранена от занимаемой должности ректор ГИТИСа Марина Хмельницкая.

Утром ей принесли два приказа – о расторжении трудового контракта и о назначении И.о. ректора Юрия Шерлинга – танцовщика и основателя Камерного еврейского музыкального театра...


Хмельницкая - заслуженный деятель искусств России, доктор искусствоведения, профессор,
 общий стаж ее работы в ГИТИСе превышает 40 лет...! она застала здесь Завадского, Кнебель, дружила с Алисой Коонен, театр знает досконально... за 9 лет работы в должности ректора – ни одной претензии, только благодарности...

 

 

Дальше читать у Станислава Юрьевича Садальского - у меня слов не хватает!

Стиль Авдеева напоминает стиль Швыдкого. Тогда было еще изощрённее - помнится, как Великий Васильев узнал о своём увольнении с должности Директора Большого Театра... из радийных новостей!
а Смерть Великого Светланова вообще на совести Михаила Ефимовича - нравится ему это или нет.


_______________________
еще о Шерлинге и вообще
Большой Театр. Весна.

125 лет назад в Тифлисе родился великий русский дирижёр Самуил Абрамович Самосуд


       «Репетиция еще не началась. На сцене гигантским полукругом расположился оркестр. Он предстал сегодня в полном составе - вдвое больше обычного количества, которое необходимо в условиях зала Куйбышевского Дворца культуры для сопровождения опер.

В пустом, но ярко освещенном зрительном зале сидит человек. Он внимательно прислушивается к беспорядочному нагромождению звуков настраиваемых инструментов. Человек очень молод. У него совсем юношеское лицо и молодые порывистые движения. Временами он вскакивает с кресла, бежит к оркестру, отзывает то одного, то другого музыканта. Что-то ему объясняет, перелистывая при этом нотную тетрадь, лежащую на пюпитре.

Но вот кто-то на сцене захлопал в ладоши. Наступает тишина. За дирижерским пультом появляется народный артист Союза ССР С. А. Самосуд. Взмах палочки и репетиция началась.

Давно, уже несколько лет оркестр Большого театра не выступал перед публикой с новой самостоятельной работой. Оркестр с мировой славой мог и должен был поднять только такое музыкальное произведение, которое было бы достойно его исполнителей. И вот сегодня это произведение появилось. Оно властно захватило творческие думы блестящего музыканта - дирижера Самосуда, оно овладело мыслями всего коллектива артистов оркестра. Это Седьмая симфония Д. Шостаковича - того самого молодого человека с тонкими, юношескими чертами лица, которого мы видим сейчас в зрительном зале.

Идет уже последняя репетиция. Казалось бы, все уже закончено. Казалось бы, что художник добился предельной филигранности в отделке исполняемой вещи. Слушатель, зачарованный звуками изумительного симфонического аллегро первой части. Но, нет, взыскательный дирижер не удовлетворен. Он стремится «выжать» из оркестра все, что только можно.

- Нет кресчендо! Его не ощущаешь! - восклицает Самосуд и останавливает оркестр. Дирижер ежеминутно оборачивается в зал и тревожными глазами глядит на Шостаковича.

- Звучит или не звучит!

- Хорошо, очень хорошо! - громко, на весь зал откликается композитор. Он бежит к рампе, вскакивает на сцену, становится рядом с дирижером, углубляется в ноты. Что-то подчеркивает карандашом.

Царит напряженная творческая обстановка. Композитор, дирижер и артисты оркестра сдают ответственейший экзамен перед всей советской общественностью, перед мировой общественностью всего мира.

С.А.Самосуд говорил как-то автору этих строк:

- Седьмая симфония Шостаковича важна для нас не только как выдающееся музыкальное произведение последнего полувека. Значение симфонии в ее глубоком политическом звучании. В тот момент, когда весь мир повержен в пучину небывалого катаклизма, в этот момент именно в советской стране, появляется такой Эльбрус музыкального творчества, как Седьмая симфония!

Дирижер прав. Значение нового произведения Шостаковича прекрасно понимают не только у нас, Но и за границей. Вся иностранная печать полна описаний работы Большого театра над Седьмой симфонией. Заграничные радиостанции настойчиво требуют трансляции первых концертов из Куйбышева.

Сам автор симфонии Д.Шостакович так говорит о своем произведении:

- Много сил и энергии я вложил в это сочинение. Никогда я не работал с таким подъемом, как сейчас. Есть такое крылатое выражение: "Когда грохочут пушки, тогда молчат музы". Это выражение справедливо относится к тем пушкам, которые своим грохотом подавляют жизнь, радость, счастье, культуру. Мы же воюем во имя торжества разума над мракобесием, во имя торжества справедливости над варварством. И муза нашего народа своим могучим голосом помогает нам творить победу.

...Репетиция длится несколько часов. Самосуд по нескольку раз останавливает оркестр. Дирижер заставляет десятки раз повторять одни и те же музыкальные фразы.

Творческий подъем в театре небывалый. Седьмая симфония Шостаковича, как произведение, воплотившее в себе все чувства и устремления, родные и близкие каждому советскому человеку, воспринимаются коллективом, как радостное событие, как праздник советской культуры. Большой театр готовится достойно встретить этот праздник.

И.Родин (Волжская коммуна. 1942. 4 марта)

ХРОНИКА
пребывания Государственного ордена Ленина академического
Большого театра Союза ССР в Куйбышеве в годы
Великой Отечественной войны с октября 1941 по июль 1943 года

 




Вспоминает выдающийся русский бас Иван Петров:

               "Определяющую же роль в моей судьбе сыграл другой дирижёр, один мз самых больших мастеров опреного искусства, Самуил Абрамович Самосуд. Этот удивительный музыкант тонко чувствовал не только музыку, но и стиль произведения, прекрасно знал законы сценического искусства и ясно ощущал драматургическое развитие каждого произведения.
Дирижируя, Самосуд никогда не заглушал певцов, стараясь подчинить всё исполнение вокальному звучанию, в то время как игра самого оркестр отличалась всегда яркостью, стройностью, филигранностью отделки деталей. Такие постановки Самосуда, как "Иван Сусанин", "Пиковая дама", "Иоланта", "Черевички", забыть невозможно...
               Самуил Абрамович светился обаянием. Вся его ладная фигура, благородная осанка, выразительное лицо, обрамлённое чуть седеющими волосами, добрый и умный взгляд карих глаз притягивали внимание, очаровывали; Он был очень общительным человеком, приятным остроумным собеседником, обладающим чувством юмора. Так же, как и другие музыканты, - Голованов, Пазовский, - часто приходил в театр, чтобы просто послушать какой-нибудь спектакль, и когда он появлялся в ложе, то в театре сразу наступала напряжённая творческая атмосфера. Когда же сам Самуил Абрамович становился за дирижёрский пульт и поднимал дирижёрскую палочку, всё замирало. Только скулы на лице Самосуда приходили в движение, а затем по взмаху его руки начинала литься вдохновенная музыка.
               К сожалению, этот огромный мастер очень немного времени проработал в Большом театре, и я с ним ничего не спел, кроме двух опер, которые прозвучали в концертном исполнении - "Тангейзер" Вагнера, где мне была поручена ведущая роль Ландграфа, и "Джоконда" Понкьелли. Здесь я выступил в роли Альвизе... " (добавим, что, к счастью, сохранилась запись этого исполнения)

Если захочется, можно послушать:

П.И.Чайковский "Пиковая дама", Большой театр, 1937. Дирижёр - С. А. Самосуд

По составу исполнителей это одна из уникальных записей. Если абстрагироваться от несовершенств записи (оцифровка тем не менее хорошая), то понимаешь, ЧТО такое мастерская интерпретация. С.А.Самосуд принимал участие в постановке Вс.Э.Мейерхольда. Великий режиссер по-своему прочитал партитуру, решительно приблизил ее к пушкинскому первоисточнику. Было сделано много купюр. Но работа не прошла для ДИРИЖЕРА даром. Будучи сам мастером, он при постановке уже полной версии оперы многое привнес из того, мейхерхольдовского спектакля. Особого интереса заслуживают картины в спальне Графини и в казарме Германа. Н. Ханаев один из непревзойденных Германов, а талант К. Держинской почему-то сегодня забыт. В советские годы было сделано не так много записей этой оперы. Записи Г. Нэлеппа с А.Ш. Мелик-Пашаевым, В. Атлантова с М.Г. Эрмлером, есть запись З. Анджапаридзе... но с этой записью они сравниться не могут.

Н.А. Римский-Корсаков - МОЦАРТ И САЛЬЕРИ. Дирижёр - С. Самосуд. Фильм-опера (1962г.)
Моцарт - Иннокентий Смоктуновский (поёт Сергей Яковлевич Лемешев), Сальери - Пётр Глебов (поёт Александр Степанович Пирогов)
Закат над Кремлем

В заповеднике «Михайловское» открыт сезон охоты на директора

О том, что на него заведено уголовное дело, директор музея-заповедника "Михайловское" Георгий Василевич узнал только из СМИ. Поэтому прокомментировать такое решение областного следственного комитета он пока не в силах.


Против пушкиноведа Георгия Василевича, возглавляющего знаменитый музей-заповедник в Псковской области, возбуждено сразу два уголовных дела.


Имя Георгия Николаевича Василевича просто не ассоциируется со словом преступник, убеждена глава Пушкиногорского района



Василевич - член президентского Совета по культуре