НАШЕ НАСЛЕДИЕ (nashenasledie) wrote,
НАШЕ НАСЛЕДИЕ
nashenasledie

Categories:

ко дню советской милиции

harpist_ka: Возвращённые лица - 5

5.

Продолжаю рассматривать фотографию следователей Московского Уголовного Розыска 1931 года и искать в Интернете какие-то интересные истории об этих людях.  

В рассказе А. Ефимова «Коммандировка», встречаю уже знакомые Вам по предыдущим постам имена, а так же несколько новых лиц с моей фотографии:

«Вечером 18 декабря ответственный дежурный срочно вызвал меня в МУР. Когда назвал товарищей, которых в тот вечер собирал у себя начальник Московского уголовного розыска Виктор Петрович Овчинников, я понял — случилось нечто чрезвычайное. Вызваны были Георгий Тыльнер, Филипп Безруков, Николай Осипов, Дмитрий Колбаев, Иван Свитнев, Виталий Реутов, Иван Челядко. Это был в какой-то мере ударный отряд МУРа.»

Колбаев 
Дмитрий Колбаев, в 1931 году помощник начальника 7 отделения МУУР.



Другим помощником начальника 7-го отделения в 1931 году был Безруков,

Безруков 
Безруков

Судя по информации, которую я нашла, его звали Филипп и фотографии, хотя и сделаны в разное время, не оставляют сомнения, в принадлежности одному человеку

Безруков 2  Прекрасным опером был и прибывший в Мелекесс начальник отделения по борьбе с бандитизмом (ОББ) МУРа Филипп Иванович Безруков. Пройдя за 18 лет работы в Московском уголовном розыске путь от простого агента до начальника ОББ, Безруков считался среди сослуживцев и начальства «…хорошим работником, очень любящим и знающим свое дело». Его непосредственный начальник В.П.Овчинников в аттестации на Безрукова отмечал, что последний «…имеет большой теоретический и практический опыт по агентурно-оперативной работе. Находчив. Энергичен. Настойчив. Всегда добивается реальных результатов во всяком деле». 

Но, вот в чём загадка: со слов бабушки, я знаю, что Безруков был другом моего деда, в альбоме есть несколько фотографий, где они вместе в домашней обстановке или на отдыхе, вместе с жёнами, но… я всегда считала, что его звали Николай, а не Филипп.  В других источниках я находила его фамилию именно с этой заглавной буквой имени:

«В 1920 году при МУРе появилась специальная бригада из 15 человек, которая занималась исключительно бандитскими группировками. В нее вошли проверенные бойцы сыскного дела: Н.Осипов, Г. Иванов. И. Кириллович, А. Ефимов, Н. Ножницкий, И. Клебанов, И. Родионов, М. Марзанов, А. Бухрадзе, Д. Кипиани, Я. Саксаганский, Н. Безруков и др.»

Сам автор рассказов о милиции А. Ефимов здесь тоже упоминается, как  член специальной бригады МУРа, не мог же он не знать или забыть, как звали его товарища?

С этим вопросом ещё предстоит разобраться, но этот список – повод показать ещё одно лицо:

Ножлицкий Ножлицкий (или Ножницкий) М.Л., в в 1920 году следователь спец. Бригады МУРа, 1931 году помощник начальника 7-го отделения МУУР, в 1936 году зам. Начальника Дзержинского районного управления милиции Москвы.

Не знаю, был он расстрелян вместе с остальными или сумел выжить и вернуться. Некоторым это удалось, например, Безруков, с предыдущей фотографии, отсидел и вернулся. Но куда? К кому? Друзья расстреляны, жена вышла замуж за другого. К прежней работе возвращаться не было ни сил, ни желания. Здоровья, пытки и лагерь, тоже не прибавили, да и милиция, в которой он служил с первых дней её существования, не очень-то ждала бывшего зека в своих рядах: мало ли что он мог порассказать молодым сотрудникам?

У меня осталось ещё несколько фотографий и последнее дело, буквально последнее для всех его фигурантов,  потому что те, кто «стряпал» фальшивые протоколы и выбивал показания, прожили не намного дольше своих жертв. Об этом тоже не следует забывать современным любителям жареных фактов из следственного комитета.

В 37-м больших следственных бригад не требовалось: в соответствии с приказом НКВД СССР от 30 июля 1937 года был утвержден персональный состав областных  "троек". 

В  них  входили:

председатель  -  начальник  областного  управления  НКВД,  члены:  секретарь

областного комитета КП(б) Б и областной прокурор.

Списки «контрреволюционного элемента» спускались сверху, а "раскрытие и обезвреживание" так называемых  "всесоюзных  контрреволюционных организаций"   поручали  «тройкам».  Так появились разнообразные  "шпионско-диверсионные", "антисоветские повстанческо-террористические", "эсеровские шпионские" и т.д., и т.п.

Окончание следует

__________________________________



ПРАВОВОЕ ВОСПИТАНИЕ СОТРУДНИКОВ МИЛИЦИИ В 20 - 30-Е ГОДЫ XX ВЕКА

А.В. БОЧМАНОВ

Правовое воспитание сотрудников милиции в 20 - 30-е годы XX в. осуществлялось посредством обучения их в партшколах, кружках текущей политики, марксистско-ленинских кружках. Широко практиковались коллективная читка газет и обсуждение публикуемых в них материалов. В конце 1930-х годов были приняты Положения о ленинских уголках и красных столах органов милиции, стали создаваться клубы. В интересующем нас аспекте их деятельность была подчинена формированию убеждений о необходимости построения социалистических производственных отношений, а следовательно, о целесообразности проведения всех хозяйственно-политических кампаний на селе. Так как социалистическое преобразование сельского хозяйства в конечном счете отвечало интересам большинства населения страны, то все организационно-правовые меры, направленные на это, должны были рассматриваться как справедливые. Поэтому у сотрудников милиции формировалось убеждение и в справедливости создаваемого правопорядка, его соответствии нравственным ценностям общества, а значит, и в законности действий, направленных на его поддержание.
В тех условиях политическое просвещение связывалось с правовым, и наоборот. Политическая работа имела целью внедрение в массы идеи революционной законности <1>. А соблюдение советских законов и их своевременное применение рассматривались как основа политического обеспечения деятельности Рабоче-крестьянской милиции <2>. Тем самым в исследуемый период складывалась система правового просвещения населения, в которой политическая пропаганда занимала ведущее место <3>. Взаимная связь политической и правовой пропаганды становилась средством формирования социалистического правосознания. Такой подход определялся тем, что применение права было тесно связано с политическими задачами. Реакция сельского населения на социально-экономическую политику государства очень часто приводила к юридически значимым последствиям. Поэтому в качестве одной из профилактических мер по предупреждению преступности сельским участковым инспекторам вменялось в обязанность фиксировать все разговоры крестьян на политические темы и докладывать о них рапортом <4>. Всем сотрудникам милиции, имевшим родственников в деревне, предписывалось "оказывать свое влияние на них в деле решительного отпора классовому врагу" <5>. В целом классовый характер карательной (уголовной) политики государства требовал наличия у каждого сотрудника милиции соответствующих политических убеждений.
--------------------------------
<1> ГАВО. Ф.р. 600, оп. 1, д. 55, л. 323.
<2> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 3с, д. 2, л. 84.
<3> См.: Лейст О.Э. Сущность права. Проблемы теории и философии права / Под ред. В.А. Томсинова. М.: Зерцало, 2008. С. 257.
<4> ГАОПИ КО. Ф.п. 69, оп. 1, д. 132, л. 6.
<5> ГАОПИ КО. Ф.п. 1310, оп. 1, д. 19, л. 31.

В самом начале социалистического преобразования деревни работа по политическому и правовому просвещению сотрудников милиции не носила систематического характера. Во многом это было вызвано их отвлечением на обеспечение всех хозяйственно-политических кампаний, которые проводились на селе. В связи с этим нагрузка на сотрудников милиции была особенно большой в период с 1930 по 1932 г. Поэтому политическое обеспечение деятельности Рабоче-крестьянской милиции виделось тогда в регулировании ее социального состава. При приеме на службу преимущество отдавалось беднякам и батракам. Считалось, что в силу своего классового чутья и революционного правосознания они смогут обеспечить революционную законность. Это в значительной степени оправдало себя. Сотрудники милиции, имевшие пролетарское происхождение, самоотверженно становились на защиту общественной собственности. Вот характерный пример этого. В октябре 1928 г. участковый милиционер Кривошеев (крестьянин-бедняк) один вступил в вооруженную схватку с бандой в восемь человек, которая пыталась ограбить Акимовский кооператив Рыльского района Курского округа. Ему удалось ранить одного грабителя, остальные, отстреливаясь, стали отступать. Кривошеев, имитируя голосом многочисленный отряд милиции, преследовал банду до окраины села, даже после того, как у него закончились патроны <6>.
--------------------------------
<6> ГАОПИ КО. Ф.п. 11, оп. 1, д. 27, л. 79.

Однако такой подход приводил к двум незапланированным последствиям. Крестьяне-бедняки, ставшие милиционерами, привносили в правоприменительную деятельность повышенную жесткость по отношению к зажиточным слоям населения, что становилось одной из причин массовых перегибов. С другой стороны, они, как правило, были малограмотными. Часто это становилось объективным препятствием в правильном оформлении ими процессуальных документов, что также отражалось на состоянии законности. Кроме того, малограмотность милиционеров затрудняла их политическое и правовое просвещение.

В годы первой пятилетки на первый план выходила задача по созданию материальной базы социализма, поэтому вопросам политического и правового воспитания милиции не уделялось достаточно внимания. Однако к 1932 г. (за пять лет) материально-техническая база в основном была создана. Новые условия выдвигали новые задачи. Они нашли свое отражение в Постановлениях ЦИК и СНК СССР от 25 июня 1932 г. "О революционной законности", от 7 августа 1932 г. "Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности", от 22 августа 1932 г. "О борьбе со спекуляцией" и Постановлении ВЦИК и СНК РСФСР от 10 ноября 1932 г. "Об изменении ст. 107 Уголовного кодекса РСФСР". Реализация этих нормативно-правовых актов была возможной только при условии наличия у субъектов применения права убеждений о целесообразности, справедливости и законности общественного порядка, основанного на общественной собственности на средства производства. В связи с этим проблема политического и правового воспитания сотрудников милиции приобрела особую актуальность.

Уже весной 1930 г. начальник областного административного отдела ЦЧО Зуев предписывал каждому милиционеру быть не только администратором, но и политиком, умеющим сочетать свою деятельность с решениями партии <7>. Однако систематическая работа в этом направлении началась с 1932 г. Циркуляр Главного управления милиции и уголовного розыска при СНК РСФСР от 9 июля 1932 г. N 858/6 нормативно закрепил двуединую задачу политического и правового воспитания сотрудников милиции. Он указывал, что правильное соблюдение советских законов и своевременное проведение их в жизнь являются отправной точкой политобеспечения всей работы милиции <8>. Циркуляр Главного управления милиции и уголовного розыска при СНК РСФСР от 20 сентября 1932 г. N 32/с "О своевременной реализации писем и заявлений рабочих и колхозников" конкретизировал эту задачу. В нем говорилось, что обязанность всех работников РКМ заключается в твердом и четком проведении генеральной линии партии, беспощадной борьбе с конкретными нарушителями революционной законности <9>.
--------------------------------
<7> ГАКО. Ф.р. 2638, оп. 1, д. 103.
<8> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 3с, д. 2, л. 84.
<9> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 3с, д. 4, л. 91.

С конца 1932 г. на систематической основе было организовано обучение среднего, старшего и высшего начсостава милиции по программе марксистско-ленинской учебы, которая включала четыре раздела: история ВКП(б), ленинизм, политэкономия, диалектический материализм. Циркулярами от 9 октября 1932 г. N 66 и N 67 определялись формы и методы этой работы. Если до этого имели место факты увиливания от политического просвещения <10>, то теперь они значительно сократились.
--------------------------------
<10> ГАОПИ ВО. Ф.п. 5690, оп. 1, д. 13, л. 82.

Однако рядовой состав милиции в большинстве случаев был малограмотным. Вначале пополнение знаний сельских милиционеров ЦЧО предполагалось проводить на еженедельных совещаниях в районных административных отделах (РАО). Такая работа была начата с октября 1928 г. Однако проверка знаний сельских милиционеров по пройденному материалу в марте 1929 г. показала неэффективность такого подхода <11>. В связи с началом работ по социалистическому переустройству деревни обучение сельских милиционеров практически прекратилось. С 1932 г. начался новый этап. Главной задачей политического и правового воспитания рядового состава милиции на этом этапе стала ликвидация его малограмотности. 15 октября 1932 г. в Центральной части РСФСР началась работа по организации специальных кружков для работы с малограмотными. Особое внимание уделялось сельским милиционерам <12>. В ходе занятий с начальствующим и рядовым составом милиции внимание слушателей обращалось на то, что их обязанностью является усиление борьбы с хищениями государственного и общественного имущества и спекулянтами.
--------------------------------
<11> ГАКО. Ф.р. 1758, оп. 1, д. 110, л. 14.
<12> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 1, д. 5, л. 124, 124 об, 142, 143, 143 об.

Повышение грамотности сельских милиционеров позволило с 1935 г. организовать политические занятия и для них. Для сельских участковых инспекторов милиции политические занятия становились обязательными. В этих целях участковые инспектора милиции вызывались в районные отделения милиции и в зависимости от географических особенностей района обучались два или три дня в месяц <13>.
--------------------------------
<13> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 1, д. 11, л. 55.

Однако построение среды, формирующей правосознание сотрудников милиции, не ограничивалось рамками только трудового коллектива. Советское руководство исходило из того, что отставание темпов "переделки сознания" требует усиления борьбы с "пережитками капитализма" <14>. В соответствии с Циркуляром от 25 декабря 1932 г. N 56с "О работе среди членов семей" была начата работа по предотвращению связей работников милиции в личной жизни с "выходцами из чуждой среды, с обывательски настроенными и отсталыми элементами". Жены и другие члены семей сотрудников милиции стали вовлекаться в кружки партийного просвещения и ликвидации неграмотности, их принимали в первую очередь на работу в хозяйственные службы милиции <15>. С весны 1933 г. в городах РСФСР стали открываться детские сады для детей сотрудников. В 1934 г. детские сады для детей сотрудников милиции были открыты в городах Воронеже и Курске <16>.
--------------------------------
<14> ГАРФ. Ф.р. 9474, оп. 16, д. 80, л. 14.
<15> ГАРФ. Ф.р. 9415, оп. 3с, д. 4, л. 131.
<16> ГАОПИ КО. Ф.п. 1310, оп. 1, д. 19, л. 35.

Классовый подход в правовой деятельности государства превращал политическое просвещение сотрудников правоохранительных органов в важное средство обеспечения революционной законности. Знания, полученные сотрудниками милиции в кружках по ликвидации неграмотности и системе политического просвещения, оказывали влияние на их правоприменительную деятельность, формировали соответствующие правовые установки, а в целом становились одним из факторов детерминации правосознания населения страны. Взаимная связь политической и правовой пропаганды становилась средством формирования социалистического правосознания. Вовлечение в сферу политического и правового воспитания членов семей сотрудников создавало благоприятные условия для интернализации ими норм и принципов действовавшего позитивного права.

В то же время условия, в которых работали сотрудники милиции, способствовали росту правового нигилизма. Основными причинами этого выступали отсутствие взаимодействия между подразделениями милиции, межведомственные противоречия, вмешательство в деятельность милиции прокуратуры, ОГПУ и партийных органов. В силу слабого социального контроля становились возможны злоупотребления служебным положением и нарушение прав граждан. Главной причиной этого являлась недостаточная материальная обеспеченность деятельности милиции, что стимулировало поиск сотрудниками источников существования.

Советское правительство и руководство НКВД РСФСР прилагали большие усилия по повышению качественного состава сотрудников, улучшению условий их жизни и обеспечению революционной законности в их деятельности, что объективно способствовало созданию среды, формирующей правосознание. Такая среда в основном была создана в 1932 г. Это объективно способствовало формированию социалистического правосознания сотрудников милиции и повышению революционной законности в их деятельности. Однако наступивший в 1933 - 1934 гг. голод оказал разрушительное воздействие на правосознание сотрудников милиции. Только благодаря предпринятым ранее мерам в материальной, а также идеологической, организационно-правовой и нравственной сфере милиция оказалась способной к выполнению служебных задач в это сложное время. С преодолением последствий голода и признанием большинством населения страны высоких достижений советского государства в социально-экономической области формирование социалистического правосознания вновь стало возможным.

Противоречие на первых этапах задач социально-экономической политики государства интересам большинства сельского населения повышало роль правоохранительных органов в регулировании общественных отношений. В силу специфики функций наибольшее влияние на сельскую жизнь оказывала деятельность милиции. Улучшение качественного состава милиции и повышение революционной законности в ее деятельности, с одной стороны, объективно приводили к формированию социалистического правосознания сотрудников милиции. С другой стороны, все это оказывало влияние и на формирование правосознания населения. Таким образом, повышение уровня правосознания сотрудников милиции становилось важным фактором детерминации правосознания населения.


Tags: 30-е годы, СССР
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments