?

Log in

No account? Create an account

Предыдущий пост | Следующий пост

Д. Шостакович на защите блокадного города. 1941. Фото Р. Мазалева.
Седьмую (Ленинградскую) симфонию Шостакович начал писать в сентябре 1941 года, когда вокруг города на Неве замкнулось кольцо блокады, Шостакович подал заявление с просьбой направить его на фронт. Вместо этого он получил приказ готовиться к отправке на «Большую землю».

Вскоре семья композитора была переправлена в Москву. 
Из Москвы, где снова обращался в военкомат с просьбой об отправке на фронт, Шостакович с женой и двумя маленькими детьми (Гале 5 лет, Максиму - 3) ехал около недели до Куйбышева вместе с композиторами P. M. Глиэром, А. И. Хачатуряном, В. Я. Шебалиным, Д. Б. Кабалевским, пианистом Э. Г. Гилельсом, дирижёром Б. Э. Хайкиным, скрипачом Д. Ф. Ойстрахом, художником Н. А. Соколовым.

А. И. Хачатурян вспоминал, как в вагоне вместо 42-х человек разместилось более 100... Какого-то парня, забравшегося на третью полку, долго убеждали уступить место Нине Васильевне Шостакович с двумя детьми.


Свои воспоминания о переезде в Куйбышев оставил один из Кукрыниксов, художник Н. А. Соколов: «Спали плохо, да и негде было. Женщины отдыхали ночью, мужчины днём - и то по очереди. Я видел, как Д. Шостакович выходил за кипятком на станциях, около вагона мыл снегом посуду... Он ехал в единственном старом костюме. Промочив ноги, пытался найти кое-что из своих вещей. Не найдя, расстроился. Я дал ему свои носки. - Спасибо! Это очень благородно с вашей стороны, - сказал он. Кто-то вручил ему рубашку и что-то ещё. Вещи он брал, стесняясь, и всех взволнованно благодарил».

В Куйбышев они прибыли 22 октября 1941 года.

Почти без вещей, без денег, с двумя детьми на руках, удручённый пропажей чемоданчика с партитурой Седьмой симфонии, Дмитрий Дмитриевич поселился в школе № 81, что на Самарской площади. Там, в классах, разгороженных простынями и одеялами, жили артисты Большого театра. В куче утерянных вещей в Рузаевке отыскали и чемоданчик с партитурой.

Вскоре Шостаковичу предоставили комнату в квартире № 13 по улице Фрунзе, 140. Постепенно преодолевались угнетённость и растерянность первых дней на куйбышевской земле. После очередной неудачной попытки добровольцем уйти на фронт, взялся за работу.

В ноябре семья переехала в двухкомнатную квартиру (ул. Фрунзе, 146), получила продуктовые карточки, и композитор вплотную включился в творчество, в общественную и концертную деятельность. Незаконченная Седьмая «Ленинградская» симфония мучительно звала, притягивала всё существо. И вот в декабре 1941 года она полностью захватила композитора. 27 декабря симфония была закончена.

Много лет спустя Вера Дулова, арфистка оркестра Большого театра, рассказывала как Шостакович и выдающийся пианист Лев Оборин в четыре руки играли эту симфонию на пианино по только что завершенной партитуре.

Кинодраматург Алексей Каплер вспоминал: «Он играл, сидя на краешке стула, - худенький, с острыми плечами, в подтяжках, с хохолком, торчащим на голове, удивительно похожий на примерного ученика, на гимназиста с первой парты. За окном медленно опускался снег... А рядом... грохотала война - страшная и великая, здесь полыхало пламя её и пахло горькой гарью пожарищ, здесь слышался гром катастроф...»

На звуки музыки пришел живший по соседству главный дирижер Большого театра Самуил Самосуд. Музыка Шостаковича настолько потрясла всех присутствующих, что Самосуд решает немедленно начать оркестровые репетиции.

Легко сказать – начать. А как, если не было даже нотной бумаги? Пришлось ждать, пока ее пришлют специальным рейсом из Москвы. Музыканты оркестра Большого театра сами расписывали свои партии. На репетиции шли, как на праздник, вспоминала Вера Дулова. Поначалу они проходили в фойе амфитеатра Дворца культуры имени В. Куйбышева.

Присутствовавший на них писатель Алексей Толстой так описывал свои впечатления: 

«В большом фойе между колонн расположился оркестр московского Большого театра, один из самых совершенных музыкальных коллективов в мире. За пультом - Самосуд, по-рабочему, в жилетке. Позади него на стуле - Шостакович, похожий на злого мальчика… Сейчас - после корректур - будут проиграны все четыре части. Взмахивает мокрыми волосами Самосуд, пронзает палочкой пространство, скрипки запевают о безудержной жизни счастливого человека. Седьмая симфония посвящена торжеству человеческого в человеке».

Премьера состоялась 5 марта 1942 года.

Шостакович сам составил краткое пояснение и перед началом концерта выступил с вступительным словом.
Прием нового музыкального произведения публикой был ошеломляющим. 
Музыка воспринималась не только слухом... ощущалась всеми нервами, казалось, даже зрением. Во время исполнения первой части всех била дрожь. Очевидцы вспоминают, что после заключительных аккордов в зале в течение десяти-пятнадцати секунд стояла гробовая тишина, а потом на музыкантов и автора обрушился настоящий шквал аплодисментов.

Присутствовавший на премьере Алексей Каплер вспоминал об этом так:

«Слова «овация», «успех» ни в какой мере не передают того, что творилось в зале. У многих на глазах стояли слезы. Вновь и вновь выходил на сцену создатель этого творения, и не верилось, что это именно он, 35-летний худощавый интеллигент-очкарик, выглядевший совсем юным, мог вызвать такую бурю эмоций».

На другой день после премьеры копия партитуры Седьмой симфонии самолетом была отправлена в Москву.
Первое исполнение в Москве состоялась в Колонном зале Дома Союзов 29 марта 1942 года.

Ольга Берггольц вспоминала:

«Мне выпало счастье быть на исполнении Седьмой симфонии 29 марта 1942 года в Колонном зале, когда я находилась в Москве в кратко­временной командировке. Не буду подробно рассказывать о том потрясении, которое я, как и все присутствовавшие (больше половины из них было Фронтови­ков), испытала, слушая эту симфонию, нет, не слушая, а всей ду­шой переживая ее как гениальное повествование о подвиге родного города, о подвиге всей нашей страны. Помню, как на сверхъестественные овации зала, вставшего перед симфонией, вышел Шостакович с лицом подростка, худенький, хруп­кий, казалось, ничем не защищенный. А народ, стоя, все рукоплес­кал и рукоплескал сыну и защитнику Ленинграда. И я глядела на него, мальчика, хрупкого человека в больших очках, который, взволнованный и невероятно смущенный, без малейшей улыбки, неловко кланялся, кивал головой слушателям, и я думала: «Этот человек сильнее Гитлера, мы обязательно победим немцев»

Крупнейшие американские дирижеры - Леопольд Стоковский и Артуро Тосканини (Симфонический оркестр Нью-Йоркского радио - NBC), Сергей Кусевицкий (Бостонский симфонический оркестр), Юджин Орманди (Филадельфийский симфонический оркестр), Артур Родзинский (Кливлендский симфонический оркестр) обратились в Всесоюзное общество культурной связи с заграницей (ВОКС) с просьбой срочно самолетом выслать в Соединенные штаты четыре экземпляра фотокопий нот «Седьмой симфонии» Шостаковича и запись на пленку исполнения симфонии в Советском Союзе. Они сообщили, что «Седьмая симфония» будет готовиться ими одновременно и первые концерты состоятся в один и тот же день - случай беспрецедентный в музыкальной жизни США. Такой же запрос пришел из Англии.

Партитуру симфонии отправили в Соединённые Штаты военным самолётом, и первое исполнение «Ленинградской» симфонии в Нью-Йорке транслировали радиостанции США, Канады и Латинской Америки. Ее услышали около 20 миллионов человек.

«Какой дьявол может победить народ, способный созда­вать музыку, подобную этой», — писал летом 1942 года американский музыкальный критик о Седьмой симфонии, сыгранной Симфоническим оркестром Нью-Йоркского радио под управлением Артуро Тосканини…

Советская разведчица, полковник МВД, Зоя Воскресенская (Рыбкина), которая с 1941 по 1944 год находилась в Швеции в качестве пресс-секретаря советского посольства, описывает в своей книге:

«Теперь я могу сказать правду», как Седьмая симфония попала в Швецию. «Ночь… У нас в комнатах пресс-бюро сотрудники «ловят» по радио сквозь хаос вражеских помех новости из Советского Союза. Сажусь у радиоприемника. Передают из Москвы информацию для областных и районных газет. Записывают сразу несколько человек, вылавливают по слову, иногда схватывают только начало слова, потом соединяют вместе. Закончена сводка. И вдруг из эфира доносится музыка. Что это? Сквозь вой, треск сильно, как родник, пробивается мощная мелодия. Все замирают… Музыка волнует и своей суровостью, и светлыми нотами, горем и надеждой. «Мы передавали Седьмую, Ленинградскую симфонию композитора Дмитрия Шостаковича», – заключает диктор. И в ту же ночь в Москву летит телеграмма с просьбой выслать партитуру новой симфонии. Проходит немного времени, и партитура, заснятая на фотопленку, летит через Средний Восток и Африку, плывет на корабле в Америку, оттуда в Англию и затем опять на самолете в Швецию. Еще несколько недель – и Ленинградскую симфонию Шостаковича исполняет лучший в стране Гётеборгский оркестр. Публика сидит завороженная. Женщины смахивают слезы. Язык музыки интернационален. Заключительные аккорды симфонии собравшиеся выслушивают стоя… Это было первое в Европе исполнение симфонии Шостаковича. Министру иностранных дел Гюнтеру пришлось выслушать протест германского посольства против «нарушения шведского нейтралитета»

***

Жизнь в Куйбышеве
С декабря 1941 года в Куйбышеве началась деятельность отделения Союза композиторов, который возглавил Шостакович. «... Он старательно занялся новой работой. Ему помогают Л. Н. Оборин, музыковед А. С. Оголовец, композитор В. Н. Денбский. «Как видишь, люди все хорошие и проверенные в своём деле», - делился он с Шебалиным». Заседания Союза были еженедельными. «Посвящались они, главным образом, обсуждению новых произведений. Эту форму Шостакович считал основной, самой необходимой, продуктивной, способствовавшей активизации композиторских сил».
Так уже в декабре 1941 года в помещении радиокомитета состоялась первая «Музыкальная среда. «Собравшиеся прослушали три части Седьмой симфонии Шостаковича в фортепианном исполнении автора. Затем состоялся обмен мнениями, в котором участвовали чешский профессор Зденек Неедлы, венгерский антифашистский композитор Ференц Сабо, куйбышевский композитор Виктор Денбский и другие». К сожалению, не удалось восстановить содержание последующих «Музыкальных сред». По воспоминаниям А. В. Фере и Л. Ф. Другова, это были творческие отчёты композиторов, прослушивание и обсуждение новых произведений, встречи с писателями, артистами, деятелями искусства, общественностью.




Общественная работа отнимала много времени и сил. Вместе с московским композитором М. М. Черёмухиным он организует в Куйбышеве музыкальные радиопередачи; вместе с певицей В. В. Барсовой и художником В. П. Ефановым работает в оргкомитете создававшегося весной 1942 года филиала Центрального дома работников искусств (ЦДРИ).
Шостакович был консультантом и добрым другом музыкальной школы № 1. Часто играл там, встречался с педагогами, слушал игру ребят, участво в ал в экзаменационной комиссии, помо­гал способным ученикам в устройстве их дальней­шей учёбы. Когда оргкомитет Со­юза решил выпустить книгу «Советская музыка за 25 лет», Шостакович возглавил редакционную коллегию. Он занимается приглашением в Куйбышев именитых музыкантов, устраивает встречи и дискуссии, вникает во все мелочи композиторской организации, работает консультантом Комитета по делам искусства при Совете Народных Комиссаров СССР, в ноябре 1942 г. выступает с пламенной речью на антифашистском митинге ра­ботников литературы и искусства.
В марте 1942 года Шостаковича получает большую 4-х комнатную квартиру с отдельным кабинетом, роялем и видом на Волгу (ул. Вилоновская, д. 2 а, кв. 2). Благополучно добрались до Куйбышева мать, сестра и племянник. В январе-феврале 1943 года Дмитрий Дмитриевич тяжело переболел брюшным тифом. 3 марта 1943-го он выезжает в Москву. Предстояло подлечиться в подмосковном санатории «Архангельское»....
 ***

 
А за мною, тайной сверкая 
И назвавши себя «Седьмая», 
На неслыханный мчалась пир, 
Притворившись нотной тетрадкой, 
Знаменитая ленинградка 
Возвращалась в родной эфир.

Анна Ахматова


Продолжение следует


Комментарии

( 6 комментариев — Оставить комментарий )
pro100_mica
5 мар, 2012 07:01 (UTC)
Извините, на первом фото Шостакович или просто очень похожий человек?
nashenasledie
5 мар, 2012 07:57 (UTC)
Шостакович, конечно
pro100_mica
5 мар, 2012 08:39 (UTC)
Спасибо, очень хорошее фото!
Inna Titova
5 мар, 2012 09:33 (UTC)
Эта симфония невероятна! Когда слушаю, такое ощущение, что отрываюсь от земли. Воистину божественна!
a_25
6 мар, 2012 16:47 (UTC)
меня потрясают такие люди....
такой тщедушный на вид... а сколько в нем внутреннего напора, энергии!!! написать такую музыку, от которой мурашки по спине!!! и хочется встать!!!
(Анонимно)
19 сент, 2015 21:20 (UTC)
Вот на такой музыке нужно воспитывать человека... Тогда не было бы танцев на Крещатике
( 6 комментариев — Оставить комментарий )

Профиль

Закат над Кремлем
nashenasledie
НАШЕ НАСЛЕДИЕ

Календарь

Ноябрь 2019
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

Метки

Разработано LiveJournal.com
Дизайн Lilia Ahner